Огненная невеста короля. Сердце Пламени

Королю Виридиса, чтобы удержать трон, нужно Сердце, нужна Лиандра. Вокруг него достаточно недовольных, в том числе и предводители ордена. Сигурн желают прибрать к рукам Виридис, когда Империя избрала своей покровительницей Гейту. Помимо явной борьбы, идёт незримое столкновение богинь за зоны влияния.

– Эрика не поддерживает Империю, если ты на это намекаешь, – Рикард помрачнел лицом. – А вообще странно слышать обвинения от тебя. Мне тоже неизвестно, какие приказы движут тобой. Впрочем, это пустой разговор.

Угроза в его голосе защекотала нервы. Несколько мгновений мужчины мерились взглядами, после чего на лице северянина вновь обозначилась беспечная улыбка.

– Но до этого момента у нас одна цель: защита Лиандры. Только не перестарайся, – хлопнув его по здоровому плечу, Рикард отвернулся и, насвистывая под нос, направился в сторону своих покоев.

Коротко выдохнув, Браилл мотнул головой.

Кассиан вернулся к себе. Прошёл сразу в купальню, где избавился от пропитанной кровью и потом одежды, после чего занялся омовением. Заклинание обезболивания заканчивалось, пришлось наложить ещё одно. Такими темпами оно совсем перестанет помогать. Но хоть осмотр радовал. Несколько ожогов, ссадины, ушибы. Ничего особо опасного, что заставит задержаться в храме. Насколько знал, и Рикард ранен несерьёзно.

Защиту комнаты потревожили. Кассиан спешно натянул штаны и покинул купальню, прихватив меч. Не свой, к сожалению, а одного из ловчих. Оставалось надеяться, что ему вернут излюбленное оружие.

– Ты здесь, – Люциан выглядел донельзя мрачным и обеспокоенным.

– Только не говори, что принёс очередную порцию плохих новостей.

– Жрец жив, – произнёс он зло.

– Я не убил его, – кивнул Кассиан.

– Он знает, кто мы и кто Изольда. Если расскажет…

– Мы снова окажемся в кандалах, – Кассиан устало растёр переносицу.

Что за день?…

– Нам нужно…

– Не паникуй. До жреца нам не добраться. Я сломал ему позвоночник. Вряд ли он в состоянии сегодня болтать. Если вообще сможет разговаривать. Допрос не начнут раньше завтрашнего дня. А утром мы уедем. К тому моменту, когда отправят за нами погоню, мы будем далеко.