Шахматный клуб (Книга третья)

В этот момент Юля снова открыла глаза. Ничего кроме своих развивающихся волос она не увидела, но сквозь шум услышала мерзкие оскорбления, несущиеся из открытого окна ехавшей рядом машины. И судя по всему, адресованы они женщине, а значит, ей.

Профессор что-то крикнул, а потом его спина дёрнулась, и он сбросил скорость. Мотоцикл свернул на обочину и остановился.

— Посиди недолго, я сейчас, — Константин Сергеевич направился к остановившейся впереди иашине, у которой с левой стороны болталось зеркало заднего обзора.

Константин Сергеевич, уклонившись от двух ударов, ударил сам. Толстяка сотрясло, но он остался на ногах. Более того, ему удалось одной рукой перехватить руку Профессора, а второй схватить его за горло. Юля, увидев незавидное положение «кавалера», соскочила с мотоцикла, подбежала к дерущимся и, сняв шлем, начала колотить им громилу. У того при виде Юли округлились глаза. Воспользовавшись ослаблением хватки, Профессор с силой ударил противника в пах.

Толстяк разжал руки и как-то пискляво прокричал:

— А где Анжелка? Где моя Анже?

Юля очень грязно и длинно выругалась, что означало, что никакой Анжелы она не знает и знать не желает. Так же как не желает знать ни родственников этой самой Анжелки, ни родственников этого урода.

Толстяк повернулся к Профессору и довольно мирно сказал:

— Не, ну по яйцам-то больно.

Константин Сергеевич не успел ответить, как Юля вставила:

— Скажи спасибо, что не оторвали.

Угроза была произнесена столь воинственно, что толстяк поёжился и обратился снова к мужчине:

— Я же знаю, что ты шпилишь мою Анжелку, — потом перевёл взгляд на девушку и добавил: — Ну вылитая Анжи. Фигуристая, джинсы, футболка синяя, в шлеме и красивая.

Благоверный некоей Анжи некоторое время собирался с мыслями, потом махнул рукой, подошёл к машине и, увидев зеркало, висящее не проводах, оторвал его. Повернулся к мотоциклисту и крикнул:

— А это чё?

— Это чтобы женщин не оскорблял.

Такой ответ удовлетворил водителя автомобиля, и он, бросив зеркало в машину, сел за руль и укатил.

Профессор посмотрел на Юлю и спросил:

— Чего такая бледная? Испугалась этого придурка?

— А что, было заметно? — с вызовом спросила девушка и, когда Профессор отрицательно помотал головой, добавила: — Это я уже отошла. Я на мотоцикле боюсь ездить. До смерти боюсь. Чуть не описалась.

Константин Сергеевич обнял девушку.