Сказания о Братимире

И на руку ей, порушила ведьма отношения между Бером и Благояром, разлучила их навеки и выгнала мудреца из княжества.

Опорочила доброе имя, но вскоре и сама попалась на худых поступках. А в то время царил разлад между Князем Ольгой и храбрым богатырём Беловолодом.

Уговорила того взять часть богатств и верную ему дружину. На девяти ладьях плыли вдоль родных земель и очутились в этих землях.

И многие храбрые дела совершил Беловолод, царствовать принялся, и вскоре дошла его слава до Царьграда.

Отправился в долгое плаванье и вскоре возвратился с благословением Юстиниана.

А через девять ночей с ночных небес упала пылающая звезда. Угодила прямиком в морскую пучину, после чего волнами её выбросило на песчаный берег.

Где рыбаки обнаружили янтарный камень и, поразившись его красе, преподнесли в дар самому Князю Беловолоду.

И услыхал об этом многое ведающий Бер и, обратившись ясным соколом, прилетел к тому и поведал о многих чудесах и событиях.

И произнёс пророчество, что будет у Князя прекрасная Княжна и будет дан им могучий лучезарный сын по воле Дажьбога.

Но если Князь ослушается его наставлений, то накликает страшную беду на их головы! Обо всём этом услыхала Альдона от жуков и крыс.

И ведьма, поклоняющаяся разрушительным силам, задумала погубить дитя Солнца и неустанно молилась самому Чернобогу.

В безлунную ночь ей явился высокий благородный муж с чёрным венцом на голове и чудовищными зверями, следующими за ним по пятам.

«Дарую свою чёрную кровь, пусть та женщина её выпьет до самого дна!» — молвил владыка тёмных чудищ и отец всего худого.

Из его загорелых рук с глубочайшим почтением ведьма приняла проклятый кубок и обманом вынудила царевну его выпить, затуманив ум мистическими чарами…

Птица, кашлянув, проговорила, оканчивая свой рассказ:

— Та женщина, упомянутая ими… — и, метнув тусклый задумчивый взгляд, прошептала. — Твоя мать, Авелина.

…

Зрачки Братимира сузились до размеров иголки, и одним ударом кулачищ обрушил он всю западную часть дворца.

— Она молвит истину? — и грозно уставился прямо в тусклые глазницы ведьмы.

Хриплым голосом та прошептала:

— Волшебная птица Гамаюн… рассказывает правду, но кое-что всё же утаила… — и, прокашлявшись, рассказала. — То чудище, опустошившее сие царство и погрузившее тридевять земель во тьму… единокровный брат твой, из чрева одного появившийся на свет!

В поднявшемся облаке пыли его силуэт напоминал разъярённого льва. Выхватив разящий клинок и рубанув им, Братимир остановил лезвие у шеи ведьмы.