Не признанная Фениксом

Передав добычу Рону, мирэ встали, как вкопанные на месте и всё время, что мы занимались «овощами», простояли, на том же месте, где мы их встретили, не двигаясь и не говоря ни слова.

Единственное, что привело их в движение, ― наполненный водой котелок, который я собиралась поднять, чтобы нести к костру. Светлейший вмиг оказался рядом, не позволяя даже коснуться не такой уж и тяжёлой тары, а Крон забрал у Ары корнеплоды и зелень.

Упираться не стали: вверили «тяжести» птицам и молча побрели к нашему лагерю.

Готовка не заняла много времени. Дольше пришлось уговаривать попробовать своеобразный для этого мира супец. Даже Рон, которому любое блюдо влетало, как дрова в топку, настороженно поглядывал в котелок.

― Ай да ну вас: не хотите, не ешьте, ― обиженно фыркнула на этих приверед и зачерпнула ложкой наваристый бульон.

Уха, удалась на славу: как же давно я не ела, чего-то этакого! Даже глаза прикрыла от удовольствия, ощущая во рту горячий привкус детских вылазок на природу.

― Мм… а в этом что–то есть, ― послышалось со стороны Ары, ― не думала, что варёная рыба может быть такой… ― здесь она остановилась, видимо, подбирая слова.

― Такой нежной, ― подхватил светлейший, закончив её фразу, закидывая в рот небольшой кусочек рыбки.

― Эх… была не была, ― махнув рукой, присоединился к трапезе Рон. ― Что, если завтра мир рухнет, а я не попробовал эту вашу уху.

Самым стойким оказался Крон, он ещё пару минут понаблюдал за тем, как мы, причмокивая, поглощаем супец, иногда поглядывая на жарившуюся рядом рыбину, но всё–таки сдался.

― Любопытно, какие ещё блюда ты умеешь готовить на костре, ― поинтересовался Рон с улыбкой довольного котяры, ― готов продегустировать каждое.

― Можно поджарить хлеб с сыром, ― предложила ещё один вариант, детского перекуса, ― только нужно быть аккуратным, чтобы сыр не упал в костёр. Мы с братом так часто делали, когда ходили в лес.

В груди больно кольнуло.

По брату я скучала очень сильно, особенно первое время.

― У тебя есть брат? ― голос мирэ прозвучал, на удивление, мягко, без характерных для него ледяных колючек.