На плечах добра и зла

Как же так – любимое занятие теперь для меня закрыто? Ведьмы проводят досуг как-то иначе? Я попыталась вспомнить, как с этим у Зои и Яи. Кажется, художественную литературу они не читали вовсе. Ведьмовское, волшебное, магическое – да, но не слишком часто. Это что же получается – всю жизнь провести без книжек? Только профессиональное, только хардкор.

Нет, Яя еще летала и развлекалась с мужчинами, а Зоя вообще никак не развлекалась. Они или колдовали, или ходили по городу, распространяя добро и красоту. Неужели и я такой буду? Я представила себя вечно молодой, но в облике замшелой старухи, вечно бродящей по улицам.

Ладно, симпатичной и здоровой старухи, но мне все равно не очень нравилась эта картина. Ну, можно остаться и визуально молодой, но я-то буду знать, что мне сто лет (или, чем черт не шутит, двести) и жизнь моя довольно ограниченна. «Ничего», – бормотала я, ожесточенно листая сборник рассказов. – «Я научусь быть и человеком, и ведьмой одновременно». Получать радости в каждой своей ипостаси. Зоя и Яя не могут или не хотят, ну и что? Я-то хочу.

Я оглядела книжный шкаф. «Подождите немножко. А потом мы снова будем вместе», – обещала я книжкам.

Книжки ничего не ответили, и я уснула.

***

– И-эх, – раздался голос с улицы.

Мать сказала:

– Поди, глянь.

Марена вышла из дома, вытирая руки о передник. У ворот стоял Кука, деревенский дурачок. Жил он с престарелой теткой, иногда помогал мужикам с несложной работой, но, в основном, шатался по деревне.

– И-эх, – вздохнул-вскрикнул мужичок.

– По здорову ли, хозяева?

Марена кивнула:

– Здоровы. Что хотел, Кука?

– Вроде, лепешками пахнет?

Мара намек поняла, зашла в дом. Мать, стоящая у окна, кивнула:

– Дай ему, чего уж, не жалко.

Девушка вынесла Куке лепешку. Тот схватил, мгновенно сжевал и сказал:

– Благодарствую, хозяюшка. Запить бы.

Давать ли ему квасу? Или воды достаточно? Девушка задумалась, снова направляясь в дом. Мать молча протянула ей кружку с квасом.

Дурачок квас выпил, хихикнул и сказал:

– Не жалей, красавица.

Кука отплатит.

Марена махнула рукой – иди, мол.

– Ежели что понадобится, ты сразу Куку зови! Кука добро не забывает!

Да на что дурачок может сгодиться? Марена заходя в дом, хмыкнула. Но мать неожиданно сказала:

– Дурачку помогать – богов радовать.

– Почему это? – презрительно спросила дочь.

– Они же чистые, как дети, дурачки-то. Не хмурься. Ты ж ребенку не скажешь – чего ты такой дурак?

– Так он не ребенок.

– Ребенок. Просто большой.

Марена пожала плечами.