Леди Дождя

Не мог до самого того момента, когда ему на глаза попалась огромная и яркая афиша гастролирующего цирка: это был именно тот город в котором он вырос и на улице был июнь, только июнь прошлого года, когда он еще не знал, что его карьера певца «почила в бозе» и еще метался от врача к врачу в надежде на чудо исцеления.

На секунду внутри у него что-то дрогнуло от этого осознания и он коснулся тоненького крестильного креста, с которым не расставался. Но покосился в сторону леди, спокойно сидевшей на подушках сиденья с совершенно прямой спиной выпускницы престижнейшего век или два назад пансионата «Чистые души», при монастыре святой Беатрисы, которому покровительствовали короли правящей тогда династии и недоверчиво хмыкнул: не та он персона, чтобы для его соблазнения ад расщедрился на такую посланницу!

Он и так вполне успешно шагал по наклонной, медленно, но верно спиваясь, заливая дешевым виски пожар своей неутолимой страсти.

«Однако куда-то же она меня везет?! Ад там или не ад, но моя спутница очень непростая леди и наверняка неспроста появилась в моей жизни!» - думал мужчина и робкая надежда на какие-то перемены, потихоньку начинала зреть в его сердце.

Наивный! Даже умирать можно по-разному, а уж каким разным может быть посмертие! Что уж там говорить про жизнь, в которой всегда найдется такая ситуация, которая полностью перевернет ваше представление о пределе!

Наконец повозка свернула очередной раз и Торридо узнал ту улочку, совсем рядом от центра, но не пользовавшуюся большой популярностью у арендаторов престижных офисов из-за недостаточного комфорта старинных особняков, реконструкцию которых категорически запрещал делать какой-то популярный общественный фонд, борющийся за «архитектурное наследие предков».

Он узнал бы ее раньше, но в свою бытность начинающего артиста, приходил он сюда исключительно с противоположной ее стороны, с той, которая была ближе к его родному «рабочему кварталу». А бывал он здесь частенько, ибо именно тут находилась контора его боса, Карлоса Эспозито. Карлос часто допоздна засиживался в своей канторе, вот и сейчас окно его кабинета было освещено...