Легенды Зеленых гор

Точно такие же маки были разбросаны по полу пещеры.

— Откуда маки в лесу? Да и рановато для них еще… — задалась я вопросом.

Наспех перекусив, я снова двинулась по направлению к реке, но не прошло и десяти минут, как наткнулась на довольно широкую утоптанную дорогу с колеёй, ведущую через лес.

— Думаю, ей часто пользуются. Значит должна соединять населенные пункты.

И действительно, практически сразу я услышала скрип и постукивание, а следом за звуком появилась и телега, которой управлял маленький мужичок в потрепанной одежде.

— Не подскажешь, куда ведет этот тракт, добрый человек?

— Тпру, — мужичок потянул на себя поводья, тормозя повозку, приподнял полы треугольной соломенной шляпы указательным пальцем и ответил с легким удивлением, — Я что, похож на доброго человека, господин? Не видите, туши везу. Вы бы со мной не говорили, люд может не понять, — и поднял вожжи, чтобы двинуться дальше.

— Подожди, где ты тут люд видишь? Лучше ответь на вопрос.

— В Кусан.

— И откуда?

— А вам туда не надо, господин, уж поверьте старому человеку.

Неспокойно сейчас на границе-то, — ответил мужчина и пристально осмотрел меня.

— Что ж благодарю, спокойной дороги, — с вежливой улыбкой ответила я.

Мужичок не ответил, ограничившись поклоном, надвинул пониже шляпу, а затем двинулся не спеша дальше, тихонько насвистывая незатейливую мелодию.

«Мне нужно быть осмотрительнее в выражениях. Повезло, что вокруг ни души. Заговори я с мясником посреди города, могли бы быть неприятные последствия», — рассуждала я, двинувшись в направлении Кусана.

Необходимо было как можно детальнее вспомнить социальный уклад корейцев. Староста в деревне принял меня за рабыню, или как тут их называют, ноби, и был сильно оскорблен тем, что я посмела к нему обратиться. Человек на телеге удивился, когда я заговорила с ним, потому что мясники считались чхонин – подлым человеком, и приравнивались по статусу к рабам. Это же относилось к актерам и другим бродячим профессиям. Человек моего класса таких даже за людей считать не станет, что уж говорить о прямом обращении.

Я приветствовала мясника словом янъин – добрый человек, очевидно, не вкладывая подтекста, но также так называли крестьян, ремесленников, рыбаков и торговцев. Они были свободными людьми, и, хоть и не могли свободно перемещаться между провинциями, к ним относились лучше, чем к государственным ноби, и уж тем более мясникам. Поэтому тот человек так сильно удивился, услышав меня.

Снова захотелось покурить.