Когда смеются Чёрные Звёзды

– Согласно древним законам, я имею право убедиться, что отношения этой пары зашли достаточно далеко, чтобы помолвку нельзя было расторгнуть иначе, чем по обоюдному согласию жениха и невесты! – продолжал гнать свою линию Гаэр, наградив ведьму не менее грозным взором.

Пробурчав себе что-то весьма нелицеприятное в адрес назойливого воздыхателя молоденькой ученицы Солейны, Тафейна принялась подыскивать ключ к защитным заклятиям жениха Лидэи, пользуясь неотъемлемым правом Главы Ордена нагрянуть с проверкой в любое время дня и ночи, когда дело касалось столь щекотливых материй.

– Сколько времени продержится эта дверь? У аэры довольно сильный дар, если её побаивается даже этот наглец, который и сам примерно равен ей по чародейской силе.

– Минут десять, может быть пятнадцать, – честно ответил Хафал, в его голосе явственно прозвучали нотки сожаления.

– Тогда не будем разочаровывать этого зеленоглазого пройдоху, – Лиа торопливо завозилась с ночной рубашкой, пытаясь побыстрее стащить её через голову, но запуталась в просторном одеянии.

Ведьмак с весёлым смехом кинулся на помощь, наглая ткань не выдержала совместной атаки, и с душераздирающим треском ночнушка лопнула по шву и улетела на спинку стула, где и повисла. Точно белый флаг в руках парламентёра.

Впрочем, долго любоваться на стройную фигурку иномирянки, с тела которой странным образом пропала метка Чёрных Звёзд, мужчина ласково заскользил губами по тут же покрывшейся мурашками коже, медленно спускаясь от длинной шеи до бёдер. С каждым мгновением поцелуи становились всё более требовательными.

Девушка была совсем из другого мира, поэтому, в отличие от многих местных прелестниц, изображать из себя хладное бревно не любила. Она справедливо полагала, что если приложить хотя бы чуточку усилий с обеих сторон, удовольствия будет в итоге гораздо больше. К тому же, Лидия в этом не хотела признаться даже самой себе, ей очень нравилось распалить мужчину так, что он окончательно терял голову и из кожи вон готов был вылезти, лишь бы оказаться рядом с ней хотя бы ещё один раз.

Жаль только, что в основном лингвистка сталкивалась с той категорией возлюбленных, которые вели себя как древнеримские завоеватели: пришёл, увидел, победил, утратил интерес и пошёл штурмовать новую крепость. В её прагматичном мире найти постоянную пару с каждым годом становилось всё труднее и труднее.