Мериамос 3. Серебряная Соколица

Тиш к этому моменту выиграла третий раунд, и приструнить демонёнка вышел мужчина в офицерской форме. Глядя на него, Ниоба уже придумала ядовитую фразу, дабы осадить военного, к счастью, использовать её не пришлось. Он носился с Тиш по палубе, рубился деревянными мечами с запалом расшалившегося мальчишки.

– Однако вынужден признать, сражаетесь вы пусть и подло, но эффективно.

– Мой учитель говорил, что противники всегда будут больше и сильнее меня, а значит, на честный бой рассчитывать не стоит, – запыхавшись, ответила ему Тиш.

– Не могу отказать вашему учителю в мудрости, – засмеялся тот, подкручивая темно-русый ус. – Но всё же, без знания азов вступать в настоящий бой я бы вам не рекомендовал.

– Попрошу тётю на досуге показать пару приёмчиков, – с нарочитой небрежностью бросила Тиш, а когда офицер обратил недоумённый взгляд в сторону Ниобы, атаковала. Тот отмахнулся, и удар пришёлся по руке. Вскрикнув, Тиш выронила деревянный меч. Ниоба и сама не заметила, как оказалась на ногах.

– Не переживайте, шрамы украшают мужчин, – легкомысленно отмахнулся мужчина.

Закусив губу, Тиш держалась за ушибленную руку, часто моргая, пытаясь не расплакаться. Ниоба с опасением посмотрела на распухающую руку и, одарив мужчину осуждающим взглядом, поспешила увести Тиш к врачу.

Появившись в общей каюте за ужином, они привычно заняли столик с пожилой дамой у окна. Столик всегда пустовал, другие пассажиры избегали общества старушки. Не то из-за её привычки разговаривать с птицами, не то из-за странных фраз, не к месту:

– Надеюсь, не будет скандала, – прошамкала она беззубым ртом, глядя в тарелку.

Ниоба даже не сразу разобрала услышанное. Бросив взгляд на перебинтованную руку девочки, смущённо ответила:

– Для этого нет причин, всего лишь ссадина.

– Кому есть дело до глупого волчонка? – фыркнула та, осыпая стол брызгами слюны и крошек, девушки разом отшатнулись, теряя аппетит. – Соколица стремится в гнездо, где её никто не ждёт. Как бы не сцепились две гордые курицы из-за вороха старых веток и плесневелых листьев.

Подошедший в этот момент офицер неуверенно переступил с ноги на ногу.

– Хотел удостовериться, что вы не слишком сильно пострадали, – чуть склонил он голову.

Белокожий и русоволосый, он производил приятное впечатление, но насладиться им в полной мере Ниоба не могла, памятуя о распухшей руке Тиш.

– Больше страшно было, чем больно, – бравируя, отозвалась Тиш, демонстрируя перевязанную руку. – Сам виноват, не нужно было идти в лоб.