Мериамос 3. Серебряная Соколица

– потянулся он к ней, но тут же замер, резко побледнев и медленно вернулся в прежнее положение – Давай заключим сделку.

– Вот еще.

– Ты ведь идешь к телеге, да? – Спросил он громче, – будешь искать вещи. Вот только ты понятия не имеешь, где находишься.

– Как-нибудь разберусь. – Крикнула она в ответ и побрела к телеге.

– Стой, я могу помочь!...

Заклейменный что-то крикнул, просил остановиться, но Тишина лишь ускорила шаг. Телега осталась на том же месте, а вот на телах уже сидели вороны.

Откуда они взялись тут среди ночи? Едва ли это Зар решил покормить своих подопечных.

Увы, понять как это чудо лэрсткой мысли работает, не удалось. Сколько она не ощупывала ружье, ни единого рычажка или кнопки не нашла, только крючок курка. Зато по всей поверхности нанесен тонкий изящный узор. Зачем он нужен непонятно, наверное, при свете дня это красиво.

Заклейменный остался под деревом. Дышал еще тяжелее и громче.

– Вороны? – спросил он, увидев Тишину.

– Откуда вы знаете?

– Такой ценный груз не могли оставить без присмотра. – отозвался он – Слушай мышонок…

– Я не мышь!

– А кто ты?

Тишина открыла было рот ответить и запнулась. Выдавать первому встречному Заклейменному свое настоящее имя не самая лучшая затея.

– Я Волк! – сказала и смутилась от того, как по-детски это прозвучало.

– Как скажешь Волчонок.

Она надулась в ответ.

Задержав дыхание, Заклейменный с трудом сел.

– Давай так. Ты поможешь мне не сдохнуть тут, а я не расскажу о том, что видел тебя.

– Заклейменные не могут врать своим хозяевам.

Лицо его замерло. Смерив Тишину взглядом, Заклейменный покачал головой.

– Не перестаешь удивлять Волчонок. Откуда же такие познания? На сколько я понял, ты одна из подопытных? Говоришь на имперском, но говор у тебя явно северный, значит ты из Кондомы. С каких пор кондомовским пленникам раскрывают подобную информацию?

– Это не важно.

– Не совсем. Если не будет повода меня расспрашивать, то и рассказывать не придется. – Тишина с сомнением приподняла бровь – Я ехал не за тобой. Вы ехали из города, а я спешил к нему.

– Зачем? – руки устали от тяжести ружья. Обойдя Заклейменного по большой дуге, она села под деревьями, надеясь укрыться от взгляда ворон.

– Я не могу сказать. – качнул он головой.

Приказ. Заклейменные не могу его ослушаться.