Мериамос 3. Серебряная Соколица

Тот замер, словно взрезался в невидимую стену.

– Надеюсь, впредь вы не допустите подобных ошибок.

– Да, Ваша Светлость, – он низко поклонился. – Я пришлю кого-нибудь навести порядок.

– И поторопись, – погрозил пальцем его светлость, – скоро приедут за вещами.

Мечников вновь поклонился.

Наконец посторонние покинули номер. Выждав для верности пару минут, Тишина юркнула к двери. Прислушалась. Тишина. Заглянула внутрь. Никого.

В комнате всё перевернули. Одежда, бумаги, писчие принадлежности, щетки, гребни, всё валялось на полу, ящики столов выдернули, с полок всё выгребли.

«Нужно рассказать о случившемся Ниобе», – вспыхнула в голове мудрая мысль.

«И упустить шанс на побег?» – ответила ей мысль эгоистичная.

«Пошлю письмо с одной из птиц Зара», – решила она, стараясь не думать, как именно будет обьяснять птице, кому она должна доставить письмо.

Выскочив из комнаты, она едва не врезалась в фигуру в чёрном. Словно тень без хозяина, она возвышалась над девочкой, жутко недвижимая и беззвучная. Отшатнувшись, Тишина пробормотала извинения и даже шага сделать не успела, как на плечо опустилась чужая рука. Она хотела закричать, но широкая мозолистая ладонь накрыла её рот.

Глава 11. Ниоба Верес

«Это уже ни в какие ворота!» – мысленно ругалась Ниоба, глядя на родственников.

В некрополе Велена вцепилась в руку, словно клещ, и сколько бы Ниоба ни пыталась высвободиться, сколько бы ни говорила, что не может поехать и нужно найти Тиш, сестра оставалась глуха к её словам. В момент, когда она уже подумывала силой вырваться из родственных объятий, наплевав на приличия и на то, как это будет выглядеть со стороны, Велена наклонилась и прошептала:

– Знаю, знаю, но сейчас нам нужно как можно скорее вернуться в палаты.

– Мы оставили…

– Я пошлю человека за тем рыжим парнишкой и твоими вещами. – Улыбаясь придворным, сестра чуть сжала руку Ниобы и шёпотом добавила: – Скорее нужно вернуться в палаты.

«Тишина благоразумна и вернётся в гостиницу», – успокоила себя Ниоба, но тревога и чувство, что она бросила ребёнка в чужом городе, никуда не делись.

Во дворце её тут же окружили служанки и придворные, не позволяя шагу ступить без сопровождения.