Мериамос 3. Серебряная Соколица

- тронула его за рукав девушка.

- Сначала доберемся до Заячьего дола. - отозвался он мертвым голосом, продолжая движение.

- В таком виде, ты ей не поможешь.

По телу пробежал холодок, когда лэрт потянулся к Зару. Глаза того начали закрываться, голова клониться к груди, но вместо того что бы упасть заснув, он резко повернулся и залепил кулаком лэрту в нос.

Охнув тот схватился за лицо, спешно отступая. Глядя на него пустым, мертвым взглядом Зар отрицательно покачал головой, повернулся и продолжил путь.

Глава 37. Ниоба Верес

Открыв глаза, Ниоба некоторое время не двигалась, пытаясь осознать свое новое тело. Мужчина в темном костюме наклонился к ней и затянул на шее ошейник. В миг, мир словно потерял часть звуков и красок.

Пока мозг привыкал к изменившимся условиям, Ниоба скользила бездумным взглядом по стенам, обшитым голубым атласом. Карета. Она сидит, привалившись к стенке, прикрытая пледом. Пошевелила руками. Не связана. Моргнув, посмотрела на мужчину.

Судя по наряду, он был из Триединой церкви. Лысеющий, потеющий, пожилой мужчина. Заметив, что Ниоба открыла глаза, заговорил:

- Простите за неудобства. – протирая лоб платком, вымолвил он – Боюсь у нас не было выбора. Вас необходимо было увести.

- Кто вы? – собственный голос звучал непривычно, словно чужой.

- Алексей Ериламов, – он качнул головой – духовный советник вашего дяди.

- Боюсь вы совершили ошибку, Алексей Ериламов. Я не Велена.

- Никакой ошибки нет Ваша Светлость.

- Быть может посвятите меня, зачем вы это сделали? Рядом со мной в комнате был молодой человек. Где он?

- Приказ касался только вас, вас я и спас. – мягко качнул он головой – Если бы мы забрали всех, то лишили бы себя шанса скрыться.

- Мне по слову из вас вытягивать или все же расскажите правду? – подобравшись она села поудобнее и ощупала ошейник – Что это?

- Блокиратор. Это устройство не позволяет вам использовать Талант.

- Если бы дядя, взял на себя труд поговорить на чистоту, не пришлось бы прибегать к столь подлым приёмам.

Карета покачивалась и подпрыгивала на ухабистой дороге, приходилось упираться в стенки, чтобы не свалиться с лавки. Монах триединой не спешил раскрывать карты.