Смертельная Шпилька

Рика бросила взгляд на коробку с изображением знаменитого волнующегося моря и цветущей сакуры. Акварель принадлежала художнику, умершему в нищете лет эдак сто пятьдесят назад, имени которого уже никто и не помнил. Однако же одна из его работ внезапно стала жутко популярной. «Сакуру у моря» тиражировали все, кому не лень. И вот теперь эта картина украшала коробку с конфетами.

Чародейка открыла её и заглянула внутрь. Как она и думала, конфеты оказались отнюдь недешёвыми, но из-за своей специфике они не были и особо дорогими.

— Не вздумайте взять в рот эту гадость, — предупредил коррехидор, — удивительно, но сей продукт безумного кондитера находит своих почитателей!

— Чем вызвано столь критическое мнение? – девушка понюхала конфету, и не почувствовала в ней ничего особенного кроме запаха кокоса, шоколада и красных сладких бобов, — из бобов делается начинка по крайней мере в семидесяти процентах артанской выпечки.

— Бобы, на мой вкус, конечно, не особо вкусны, но главное в этом шедевре – ферментированные водоросли. Они кисло-солёные и обладают своим незабываемым ароматом. Разломите одну, только руки потом не забудьте помыть.

— Вас, по всему видать, уже подобным лакомством угощали, — насупилась чародейка. Она терпеть не могла, когда Вил подшучивал над ней в подобной приказной манере тоном старшего брата, и из чистого принципа разломила конфету, — госпожа Тиба явно придерживалась противоположного мнения.

Она не договорила, потому как её в ноздри ударил странный запах. Это были не просто ферментированные нори, пахло премерзко, словно чем-то основательно испортившимся.

— Как специалист по странным сладостям скажите, это нормальный запах для конфет? Что-то не верится, будто кому-либо придёт охота угоститься этим, — она протянула Вилу конфету с истекающей чем-то тёмным начинкой.

Четвёртый сын Дубового клана осторожно двумя пальцами взял золотистую обёртку и оглядел содержимое.

— Нет, — его красивое лицо исказила гримаса отвращения, — естественно, подобным образом никакая еда пахнуть просто не может. Не вытяжку же из дохлых мышей они туда добавили! Гадость какая!

— Дайте-ка мне назад, — потребовала чародейка, водружая на нос очки в тонкой серебряной оправе, — у меня появилась идея.