Со вкусом яда на губах

Те ответили ему такими же красноречивыми взглядами и отсалютовали своими кубками, впервые за этот день вызывая в лорде Карласе чувство удовлетворения.

А спустя много часов всеобщего веселья, терпение герцога вознаградилось. Пользуясь общей суматохой и опьянением веселившихся гостей, он уличил момент, чтобы уединиться с одним старым другом в темном углу, в котором перекинулся парочкой фраз. Ответы собеседника заставили герцога спрятать довольную и коварную улыбку в кубке вина, который тот пригубил.

Его собеседник скрылся в толпе так же незаметно для других, как и появился, а герцог позволил себе вновь посмотреть на главный стол, туда, где он обнаружил довольного и захмелевшего нага, который искренне веселился.

А вот Мелиссы рядом с ним не обнаружилось, и герцог напрягся, судорожно ища ту в толпе гостей и прислуги. И едва не выронил кубок, когда услышал нежный и негромкий голос за своей спиной.

Мужчина никогда не жаловался на свою внимательность, гордясь инстинктами и тем, что ни разу не допустил, чтобы его застигали врасплох, подбираясь из-за спины.

Не одного шпиона герцог собственноручно лишал жизни за подобную дерзость. А сейчас он был более внимателен, боясь того, что за ним могут наблюдать или подслушать.

Но сейчас застать герцога врасплох и подкрасться удалось юной и неопытной принцессе, которую весь вечер герцог не выпускал из поля зрения.

– Лорд Карлас, – вынудила она его обернуться и замереть в нерешительности. С одной стороны он был поражен ее умениями, с другой – сражен самой возможностью личного общения с девушкой.

– Ваше Величество, – выдохнул он пораженно и бросил взгляд за ее спину, боясь, что их общение может быть замечено нагами, и он лишиться редчайшей возможности поговорить с Мелиссой наедине.

– Не крутитесь, вы привлекаете внимание, – поражая мужчину строгим тоном, произнесла, теперь уже, королева, что держалась в тени. Она была такой маленькой и хрупкой, что ее можно было принять лишь за мраморную статую, а не живого человека.

– Чем обязан чести говорить с вами, моя королева? – согласился с доводами Мелиссы герцог, выпрямившись, и так же шагнул в тень.

– Я пришла предостеречь вас от опрометчивого поступка, милорд, – так же степенно и тихо произнесла принцесса, но ее голос все равно едва заметно дрожал от волнения.

– Предостеречь? – напрягся мужчина.

– Именно так, – кивнула она, и блестящие фиалковые глаза решительно посмотрели в его лицо сквозь вуаль.