Царство Авалона, или претсмертные записи незамужней вдовы Екатерины!

Мужчина протянул мне свою ладонь.

— Поднимайтесь! Что за такая за дикая кошка! Вы всегда вот так вот бросаетесь за людей?

— Чего? — вспыхнула я. — Вы сами смотрите, куда идёте!

Слова извинения, которые я уже готова была произнести, теперь прозвучали совсем не уместно. А потом я узнала Брэнна... Брэнн? Этот проклятый журналист! Он мне в первый раз не понравился, а сейчас и вовсе стал меня раздражать.

— Ах, так это вы! Разве вы не должны быть в редакции и писать рекламную статью? За которую я вам, между прочим, заплатила денег!

— Статья выйдет следующим утром, как ей и положено! А у меня есть дела и помню рассказа о странном поведении дамочки, которая в молодости начиталась любовных романов.

Я задохнулась от возмещения! Нет, мне не показалось, журналист действительно оказался противным типом — язвительным и ещё таким нахальным. Хуже любого тролля: они, как я уже сказала, очень застенчивые создания. Такие тихие, стоит только вытащить их на свет.

Хотелось отбить этакого негодяя, но я с превеликим трудом сдержалась.

— Отлично, — ответила я, приподняв подбородок выше. — Мы немедленно уходим!

— Кто это мы? — переспросил журналист, изогнув бровь.

Но он же оп о себе подумал, в самом же деле!

— Я со своей дочерью! — холодным тоном пояснила я.

Только сейчас Брэнн заметил Розалин, которая робко выглядывала из-за моей спины. Взгляд его зелёных глаз удивительным образом смягчился, хотя, я уверена, он не думал, что я этого замечаю.

Я потянулась к корзине, но журналист подхватил её первым.

— Я вас провожу, — односложно уронил он.

Да конечно вот ещё! Не хватало мне таких наглых попутчиков вроде тебя!

— Я могу и сама справиться! — ответила я, пытаясь отобрать ароматную и красивую, но очень уж не удобную ношу.

— Я делаю это вовсе не для вас, а для этой очаровательной юной леди, — отрезал нахал и пошёл вперёд как ни в чем и не бывало.

— Я не леди! — пискнула Розалин, вспомнив наш уговор.

— А для меня все женщины — леди.

Слух меня обманывал, не иначе. С таким каменным выражением лица не говорят комплиментов. Хотя рядом с Розалин разъяренный гоблин превратился бы в лаского котёнка. Моя дочурка умела завоёвывать сердца.

— Розалин! Розалин, возьми меня за руку!

Я бросилась догонять свою дочурку. А она вьюном вилась вокруг журналиста и болтала не умолкая.