В оковах Темного города

Его срочно вызывали на собрание ордена и в этот раз все должны были присутствовать на нем в обязательном порядке. Что же могло такого произойти, раз судья Диксон – глава ордена решил устроить срочное собрание?..

– Тайрин, я вынужден отъехать по одному очень важному делу, – произнес он, встав из-за стола. – Поговорим завтра, хорошо?

Дождавшись, когда девушка понимающе кивнет, начальник Тайного сыска вышел из кабинета в сопровождении доктора.

– Что произошло? – поинтересовался Морис.

– Сам не знаю, – сухо отозвался мужчина.

Покинув здание и наняв экипаж, Морис все думал, о чем же Тайрин хотела ему рассказать? Ее что-то сильно тревожило, и он не мог оставить это незамеченным. Как только все дела, связанные с орденом, решатся, он отправится к Тай.

Выпрыгнув из экипажа возле скалистого утеса, Морис в сопровождении доктора спустился в старый заброшенный грот. Внутри скрытой от посторонних глаз пещеры их уже ждали все члены ордена.

– Господин Керреро, как продвигается расследование в поимке нового колдуна? – осведомился судья Диксон, испытывающе взглянув в глаза Мориса.

– Зацепок практически нет, – пришлось признать начальнику Тайного сыска. – Но можете не сомневаться мы, рано или поздно, вычислим преступника.

– Лучше уж рано, – произнес мэр города. – Лишние волнения среди горожан нам сейчас ни к чему.

– Я делаю все возможное, – поморщился Морис. – Но, как вы может помните, у Бонсона хорошо получалось заметать за собой следы.

– Все верно, я тоже так не считаю, – кивнул Диксон. – Потому и вызвал из столицы преподобного Мейса - преданного слугу Спасителя и рьяного борца с нечистью. Прошу любить и жаловать!

Стоило главе ордена закончить свою речь, как из тени вышел человек и, откинув капюшон, обвел всех присутствующих пристальным взглядом. Его облик внезапно напомнил Морису коршуна, приготовившегося схватить добычу.

Что ж, сказать, что преподобный Мейс был известной личностью, значит ничего не сказать. Он действительно искоренял зло везде, где появлялся. Но также ходили слухи, что Мейс не гнушался использовать на допросах пытки, а сознавшихся в преступлениях против веры, не задумываясь вешал или предавал огню. Меньше всего Морис хотел бы, чтобы этот человек находился в Тинеоне, но судьба распорядилась иначе. Вернее, судья Диксон - будь он неладен.