Ашлинг.Черный цвет смерти

Небо окрасилось в миллиарды звезд, огонь успокаивал, а теплый ветер ласкал лицо, волосы, обещая теплую ночь.

На следующий день, грибы закончились, в расход пустились ягоды. Мои попытки забраться на пальму с плодами, не увенчалась успехом. Зато я метко кидаю камни. Таким образом, получилось сбить три снаряда, двумя из которых я пообедала.

Весь день, я упрямо искала палки, точила камень, и звала Милло. Даже пригрозила оторвать засранцу хвост, если он не появится сейчас же. Но тритон оказался глух на мой зов.

Плот я соорудила на седьмой день нахождения на острове. За это время слопала все найденные грибы и ягоды, оранжевые кокосы остались и их я экономила. Из парочки сделала тарелку и кружку.

На десятый день, моя вера в приход тритона закончилась и я, укрепив плот еще одним слоем тонких веток, решила действовать.

Вздохнула и вытащила сооружение на воду. Размер этого аттракциона страха небольшой. Я могла на него лечь и ноги не свисают, но конструкция сама по себе хлипкая и ненадежная.

Надеялась, что смогу доплыть до другого острова побольше, где есть еда и вода. На этих грибах, мои ребра норовили вырваться на волю.

— С богом, — прошептала я и легла на плот, гребя на глубину.

Спустя некоторое время силуэт острова исчез, а впереди просвета не было. Середина дня и Орс уже сильно опалил мою кожу. Я гребла и обтиралась водой. С собой взяла только два кокоса с водой. Выпью, а мякоть слопаю. Хватит на два дня. Надеялась, что до голодного обморока не дойдет.

К вечеру начало штормить, и я, обхватив плот руками и ногами, балансировала на волнах, сцепив зубы. Ночью пошел дождь. Мелкий, охлаждающий, он перерос в настоящий ливень, который долбил по мне, по воде, словно кувалдой. Вскрикнула, и вместе с плотом перевернулась и угодила под воду.

Вынырнула и потянулась за своей «посудиной», которая норовила, прыгая по волнам, удрать от меня.

— Ну, уж нет, — сцепила зубы и вытянула руку вперед, наблюдая, как на кончиках пальцев сплетаются красно-черные нити.

Прикусила губы, прищурила глаза и закричала, выпуская магию. Она оплетала плот, словно нитка катушку, и приближала ко мне, не давая уплыть. Забралась на «лодку», и легла на спину, тяжело дыша.

Магия продолжала искрить на пальцах, и я, плюнув, на собственные страхи решила использоваться все возможности, чтобы выжить.

Вырубилась я под утро, и беспокойно балансировала в состоянии дремы вплоть до обеда.