Заложник ведьмы

Слышал и людей, которые были напуганы не меньше. Он чуял, как запах гари все сильнее распространялся средь деревьев.

И чем ближе они были к огню, тем сильнее нагревался воздух.

Фелан остановился на небольшом холме и огляделся. В воздухе витала серая дымка с хлопьями пепла, и совсем недалеко были слышны голоса людей. А еще он учуял запах масла.

Вот почему Ула сказала, что сначала нужно остановить людей.

И стоило подумать о ней, как в груди снова разлилось тепло. Она на него расчитывает, и у него нет права ее подвести.

Волк не сразу заметил, что Фелан остановился, но он потом вернулся и сел рядом, заглядывая в глаза.

— Зови сюда всю стаю, серый. Будем людей гонять.

Зверь запрокинул голову к небу и завыл, долго, протяжно. Ему ответили со всех сторон, и вскоре у холма собрались все волки. Их было много, не меньше двух десятков. Некоторые были уже побитые и подпаленные. Но все смотрели на Фелана с немой решимостью сражаться до последнего.

— Люди разливают масло, надо им помешать.

Идите на запах и распугивайте их. Ходите по оврагам и низинам, там воздуха больше.

Он говорил тихо, не повышая голос. Волки и так отлично его слышали. И он видел по их глазам, что звери понимали каждое его слово. Когда он закончил, они сразу же разбежались небольшими кучками в разные стороны. Рядом с Феланом тоже остались трое волков. Бросать его одного они не собирались. Он уже был частью стаи.

Он снова огляделся. Лес снова поменялся. Видимость сильно ухудшилась, завеса стала плотнее.

Но то был уже не дым, а влажный туман. Наверняка Ула постаралась. Туман намочит деревья и траву, и те будут хуже гореть. Волкам туман не помешает, как и самому Фелану, а вот людям без зрения будет сложнее сражаться с волками.

Деревенские не могли действовать сами, их явно надоумили охотники. А значит, надо было в первую очередь урезонить их. Вот только учуять Вильгельма было сложно, он сам пах пожаром, и сейчас его запах, должно быть, смешивался с запахом горящего леса.

Но помимо запаха его отличал еще и голос.

Фелан закрыл глаза и прислушался. Вот только ненавистного глубокого баса слышно не было. Что же делать? Как быть?

«Гейрт!» — вспыхнуло в голове имя старейшины. Он тоже мог урезонить деревенских и вывести их из леса. Нужно рассказать ему про Бренну и Тита. Его голос был не такой звучный, как у Вильгельма, но все же Фелан хорошо его знал. Слишком часто старейшина разбирался в их с Титом детских дрязгах.