Заложник ведьмы

Ведьма внимательно посмотрела на ладонь, потом подняла взгляд на лицо.

— Зачем каждый раз руку тянешь? — спросила она.

Арлен замешкался. Он не ожидал подобного вопроса. Да и не задумывался никогда. Просто привык, что с женщинами надо быть добрым. Старушки всегда его помощи были рады и благодарили, а молодые… Молодые обычно обходили его стороной. Только что Бренна…

Бренна. Как же давно он о ней не вспоминал. А ведь раньше он бежал к ней со всех ног, как только появлялась возможность. Или это она к нему приходила? Почему воспоминания такие мутные? Это ведь было совсем недавно.

Ведьма коснулась пальцами его ладони, провела по коже и вложила свою руку в его. Тело отозвалось мелкой дрожью, которая выбила из головы лишние сейчас мысли. Арлен помог ведьме подняться.

— Как ноги? — обеспокоенно спросил он.

— Уже не голые, — поддела ведьма и снова заулыбалась.

— Опять издеваешься?

— Слегка.

— Вот ведь неугомонная. А я ведь переживаю, а ты вон как со мной! — пожаловался он ведьме.

— Не переживай. Мои раны затягиваются гораздо быстрее, чем у обычных людей. Так что через несколько дней останутся лишь шрамы, а к полной луне и они исчезнут. Так что ходить я могу и сама.

И в доказательство ведьма бодро зашагала прочь из комнаты.

Глава 6

Внизу было шумно. Громкие разговоры и смех вместе с запахом тушеного мяса и свежей выпечки напоминали скорее таверну, чем пристанище лесных ведьм. Стоило им двоим спуститься, как разговор стих, но лишь на несколько мгновений.

За большим столом сидели три женщины. Их было сложно назвать молодыми, но и до старушек им тоже было далеко. Одна была излишне худа, но болезной все равно не выглядела, а ее широкая яркая улыбка была полна жизни. Вторая была излишне толстой, но она сразу подорвалась и очень шустро приблизилась к его ведьме.

— Деточка! А вот и ты, — громко и радостно провозгласила толстушка. — Что это вы так поздно из спальни выбрались? Жаркая ночка была, а?

Она легонько ткнула локтем ведьме под ребра и гортанно расхохоталась.

— Вот лишь бы все опошлить! — взвилась третья женщина. Она сидела с видом благородной дамы, сложив руки на столе и выдерживая идеально ровную спину. И только скорченное лицо портило весь вид.

— Действительно, как не стыдно! Ты бы еще привела пьяного мужика в святую рощу и там с ним развлекалась всю ночь в полнолуние, — ехидно щуря глаза, тощая посмотрела на «благородную даму».