Заложник ведьмы

Не найдя ничего подходящего, Арлен поднял голову, чтобы спросить у ведьмы. И в этот же момент она задрала юбку и начала ощупывать… Голую ногу.

На бледной коже отчетливо выделялся синяк и раскрасневшиеся царапины, а рядом с ними темнели следы сажи. Чуть ниже колена была ранка, от которой вниз шла неровная бурая линия. Тонкие пальцы, обернутые влажной тряпицей, легко касались угольных пятен и подсохшей крови, и взгляд сам собой следил за этим движением. Арлен несколько мгновений смотрел на голую кожу, пытаясь осознать, что именно он сейчас видит.

Он все еще видел ее ноги!

Осознание придало сил развернуться и закрыть глаза.

— Что с тобой? — спросила удивленно ведьма.

— Бесстыдница! — выпалил Арлен.

— С этим мы разобрались еще утром, — повеселела она. — Что теперь не так?

— Ноги! Кто ж ноги так оголяет? Еще и незамужняя. Еще и наедине с мужчиной. Ни стыда, ни совести.

Ведьма заливисто рассмеялась.

— Как легко тебя смутить. Стоит слегка оголиться, так ты уже краской заливаешься. Может, тебя еще и голые плечи будоражат? — подтрунивала ведьма.

— Просто я приличный человек, а ты ведьма-бесстыдница.

— Пусть так, — легко согласилась она.

Пару мгновений в комнате стояла тишина, а потом ведьма зашептала свои непонятные слова. Арлен не осмелился обернуться, и потому только слушал. Он смотрел перед собой и рассматривал узор дерева на стене.

— Ты закончила? — спросил он. Ответа не было.

Арлен поглубже вдохнул и оглянулся через плечо. Ведьма сидела на лежанке и внимательно смотрела на него. Юбка все еще была задрана, и Арлен снова отвернулся.

— Бесстыдница, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— Обернись и подойди, — повелела ведьма. Тело само двинулось, и Арлен спешно зажмурил глаза. Ноги сделали несколько шагов и встали.

Веки распахнулись. Ведьма ни на йоту не двинулась, так и продолжала сидеть с оголенными ногами. Потому Арлен усиленно смотрел ей в лицо, не позволяя себе опускать взгляд ниже.

Ведьма посмотрела в сторону, ткнула туда пальцем и снова повелела.

— Поднеси тот горшок.

Арлен проследил за направлением пальца. Там, на тумбе, стоял большой глиняный горшок с землей. Ноги сами сделали два шага, руки сами схватились за глиняные бока.