Заложник ведьмы

— Поняли, — в один голос сказали двое охотников и сразу зашагали прочь.

— А вы, — Вильгельм сделал небольшую паузу. — Поджигайте лес. Это приказ старейшины Гейрта. Он мстит за убитого ведьмой внука.

— Хо-хо, неплохо, — одобрил гундосый.

— Я займусь еретиком, — не обращая на него внимания, закончил Вильгельм.

Все трое разбрелись в разные стороны, а Фелан так и остался в своей засаде вместе с волком. Пальцы сами собой впились в шерсть зверя и смяли кожу на загривке. К счастью, кожи было в достатке, и волк не испытывал боли.

А вот у Фелана заболели зубы, до того крепко он их сжимал.

Сколько лжи и жестокости в этих слугах божьих! Ничего святого для них нет. На любую мерзость пойдут, лишь бы добиться своего. Но он им не позволит. Он остановит их, обязательно остановит. Хватит с них и одной Бренны. Улу они не увидят.

— Надо остановить тех охотников, которые направились в деревню, — прошептал он серому волку, почесал загривок, а затем встал в полный рост. Серый дернул хвостом и помчался за охотниками. Фелан проследил, как зверь скрывается в плотном тумане, вздохнул поглубже и отправился следом за грузными шагами Вильгельма.

Охотник шел назад, к домику лесничего. Фелан ступал следом, держась на расстоянии. Звук шагов и запах гари и пота указывали дорогу лучше глаз. Сейчас, когда материнское древо было на его стороне, лес сам помогал ему идти тихо. Ни одна сухая веточка не попадалась под ноги, только мягкий мох и трава.

Вильгельм дошел до места, где разговаривал с Гейртом, отыскал свой арбалет, перезарядил и повесил за спину. Затем он пошел прямиков в домик и скрылся в сенях.

До ноздрей донесся резкий, но слабый запах очищенной браги. В оконце забрезжил свет, и охотник вышел из сеней, согнувшись чуть не вдвое.

— Я знаю, что ты рядом, еретик, — спокойно пробасил Вильгельм. — Знаю, что ты слышал мой разговор с деревенскими и с моими подчиненными. И сейчас ты меня отлично слышишь.

Он неспешно двинулся прочь от домика. Запах гари усилился, а из сеней повалил густой дым. Вскоре из оконца вырвалось пламя. Домик лесничего горел. По округе распространялся запах горящих трав, пучки которых были развешаны по углам и стенам.

— Негде тебе теперь прелюбодействовать с ведьмой, — продолжал говорить Вильгельм, огромной тенью уходя все дальше от горящего дома. — Хоть с одной, хоть с двумя. Не важно. Обеих схвачу и сожгу. Но мне все же интересно.

Он замолк.