Три мести Киоре

— Высокий господин шутить изволит? — она вскинулась, как молодой и дурной жеребец. — Козырной туз был отбит в середине партии! Мошенничаете!

— Его не было, — с непроницаемым лицом заявил оппонент.

Барон и хлыщ, переставшие что-либо понимать, молчали. Казалось, в этот момент, если бы они заговорили, то стали бы лучшими друзьями.

— Как же! А это что? — в этот момент Киоре методично переворачивала отложенные в сторону карты, пока не наткнулась на нужную.

Подняв туз над головой, она продемонстрировала его всем присутствовавшим, которые тут же стали припоминать, что да, карта была использована в партии, а значит, среди них и в самом деле мошенник.

— С тем же успехом вы, высокая госпожа, могли подбросить его туда.

— Но как? Все наблюдали за нашей игрой, — и она повернулась к зрителям. — Есть ли тот, кто видел, как я подбрасываю карту?

Ответило ей молчание.

— Попрошу вас покинуть мое заведение, — к смявшему туз Файрошу подошел владелец заведения, приторно-сладкий старик с седыми бакенбардами, — и более никогда здесь не показываться.

Взгляд к взгляду. Узнавание. Карие глаза обещали Киоре сотни смертей, одна другой ужаснее, а она сидела, безмятежная, спокойная и уверенная в собственных силах. Он и так знал, что Киоре в столице, ведь у Кровавой Эши была лишь одна ученица, которую он страшно обидел. Карточная партия — ее насмешка, ее объявление войны.

Когда его вывели, Киоре рассмеялась, запрокинув голову. Она смеялась и смеялась, пока не выступили слезы, но всё равно не могла остановиться.

Месть, месть и еще раз месть! Она отомстит! Всё сделает для этого! Втопчет его в грязь, уничтожит! О, как же вовремя ей подвернулся этот барончик! Подумав, что с долгами она ему всё-таки поможет, Киоре повернулась к совершенно потерянному Кеэрелу и от души поцеловала его, долго, сладко, под аплодисменты зрителей.

— Мы его утопим, — спустя время заверяла ходившего туда-сюда по комнате барона Киоре. — И не сомневайся!

Он присел на кровать, всё еще бледный.

— Я умирать не собиралась и тебе бы не позволила.

Моей целью было выкинуть его из притона, — пояснила она. — Считай это причудой женского самолюбия.

— А если бы он смог перехитрить тебя? Если бы мошенницей оказалась ты?

— Риск был, но всё сложилось как можно лучше. Я знаю, что рано задавать такой вопрос, но доверяешь ли ты мне?

Барон посмотрел на нее совершенно тупо, как будто смена темы разом лишила его всего мозга.

— Я уже вверил свою судьбу в твои руки.