Три мести Киоре

В это время дирижабль мягко отстыковался, и земля внизу качнулась, поплыла, и Ниира увидела, как взлетевшая маленькая точка планёра загорелась и упала на землю.

— Что я и говорила! Его строил один из самых бесталанных студентов университета на деньги, пожертвованные каким-то сумасбродом, — фыркнула Афранья и пошла дальше вдоль окон.

Дирижабль полетел над столицей, и с высоты Тоноль казался мрачным, огромным чудовищем, пронзенным прихотливо извивавшейся рекой. Некоторые здания узнавались, какие-то девушки определить не могли, и они даже не заметили, как постепенно, небольшими группами, уходили и возвращались пассажиры дирижабля.

— Я, пожалуй, посижу, — выдохнула Ниира, с жалостью отходя от окна к ближайшему креслу.

Но не успела она перевести дыхание, как последнюю группу позвали на экскурсию в рубку. С помощью Афраньи Ниира поднялась и преодолела коридор, прислушиваясь к разговорам троих ученых. Рубка была гораздо меньше галереи; слева и впереди стояли одетые в форму мужчины, напряженно наблюдавшие за какими-то приборами и державшие руки на рулях.

— Собственно, отсюда осуществляется управление дирижаблем. Как видите, все приборы довольно просты и незамысловаты, — ученые кивнули, — не произошло никаких существенных усложнений по сравнению с предыдущими моделями дирижаблей. Можете рассмотреть поближе, но ничего не трогайте, пожалуйста.

Ниира и Афранья быстро осмотрели приборы, на которых колебались стрелки, попытались вникнуть в разговоры ученых, но в итоге бросили эту затею и встали подле рулевого.

Перед ними простиралась панорама не низа — окна здесь смотрели четко вперед, и облака летели столь близко, что, казалось, их можно рукой коснуться, и с такого расстояния они больше походили на густейший туман, чем на пух или комки ваты. Отдавал приказы капитан. Что-то невнятно-ругательное выплевывала переговорная трубка голосами механиков, гудели двигатели, но, повинуясь приказу, вскоре отключились, и рубку объяла тишина.

— Что происходит? — с волнением спросила Афранья у капитана.

— Мы летим по ветру, и за оставшееся время полета с отключенными двигателями как раз вернемся к мачте, — отозвался он, тут же возвращаясь к трубке, из которой опять неслись ругательства.

Афранья заворожено смотрела за проплывавшими внизу лугами.