Три мести Киоре

Мелькала гладко-коричневая рубашка карт, вспышками молний выскакивали гротескные и ужасные картинки, а потом снова начиналось мельтешение цвета, белых пальцев. Одна за другой карты легли на стол.

— Сначала руны, — сказала Баира. — Возьми горсть и брось, — и протянула Киоре мешочек.

Она повиновалась, выхватила из дерюги горсть холодных и будто влажных камней, кинула на стол. Они подпрыгнули, разметались горохом, сдвинув карты в новый узор, похожий на бабочку, севшую на цветок. И столь это было неожиданно, что Киоре даже не заметила, как вспыхнули руны на нескольких камнях.

— Асбе, верте, холь, — нахмурилась Баира, переворачивая карты, попавшие под вспыхнувшие руны. — Теперь переворачивай карты, от каких почувствуешь тепло.

Киоре приподняла брови, но послушно вытянула руку над столом. Ей приглянулась карта, лежавшая слева от перевернутого уже висельника, потом, не рассматривая, она повела руку дальше. Из всех карт перевернула лишь две.

— Всё, — сказала Баире.

— Всё? — удивилась та. — Как интересно. Я не вижу в тебе хаанатских корней…

От своей спутницы Киоре видела только заострившийся профиль на фоне плясавшего пламени. Она приоткрыла рот, жадно смотрела на карты, как будто те были священной книгой Ги-Ра.

— И что всё это значит? — нахмурилась Киоре, которая ощутила себя героиней затянувшегося уличного представления.

— Руны означают прошлое, будущее и настоящее. Впервые кто-то у меня такой расклад получил, — качала головой Баира.

Гадалка бормотала и хмурилась, склонялась к столу и выпрямлялась, расправляя плечи, она звенела браслетами и трогала платок на голове.

— Висельник под руной прошлого, рядом с которым находится шут перемен, указывает на смерти. Кто-то у тебя умер, после чего твоя жизнь изменилась, — Киоре легонько кивнула. — Правильно карты показали, значит… Рядом с картой смерти ты открыла колесо перерождений, а это… Смутное что-то, — поджала губы гадалка.

Смерть можно было толковать как конец какого-то этапа и начало нового или же конец жизни из-за болезни и несчастий, обычно зависело от сопутствовавшей карты, которой никогда не должно было быть колесо перерождений, толковавшееся похоже со смертью.

— Возможно, перерождение будет не твое, а кого-то близкого, но ты при этом или сама или изменишься, или умрешь. Если бы ты вытащила третью карту, карту для настоящего, можно было бы попробовать сказать точнее.