Три мести Киоре

— Что же вы, Доран? Боитесь меня? Напрасно, напрасно… — качал он головой, улыбаясь краешками губ.

— Возможно, мой вопрос вас удивит, но помните ли вы, что было семь лет назад? А если точнее — посольство из хааната. Я нашел сведения, что вы часто общались с колдунами…

Доран подвинулся в кресле, предложенном ему хозяином — оно оказалось настолько неудобным, что сгодилось бы для пыток.

— Помню. Я всё и всегда помню, — взмахнул рукой с многочисленными перстнями граф. — Не томите. Спрашивайте.

— Среди колдунов была девушка лет четырнадцати, максимум шестнадцати? Худая, роста чуть ниже среднего, с зелеными глазами, рыжая?

Граф потер подбородок и прищурился, вместе с тем удивленно приподнялись брови: такого вопроса он точно не ожидал, затем небрежно провел рукой по волосам, и зацепившиеся перстни раздробили их на разноцветную паутинку.

— Странно, что семь лет назад вы не пришли ко мне с вопросом о составе посольства. Не поздно ли спохватились?

— Я не знал о вашей феноменальной памяти, — поморщился Доран, — и, напомню, тогда Его Величество закрывал вашу лабораторию.

— Ха-ха-ха! Да, тогда я пытался совершить невозможное, чтобы детище моей семьи не закрыли... Я помню только одну девочку, подходящую по возрасту. Это была Шаитария, дочь кидо-та. Только вот цвет волос у нее был темный, а глаза да, зеленые, огромные. Откуда вы узнали о ребенке? И что же, выходит, Шаитария жива? Где же она? Я был бы рад увидеть ее, ведь с кидо-та у меня сложилось что-то вроде дружбы…

— Ваша светлость, я не сказал ничего, что могло привести к таким вопросам.

— Однако для вас это зацепка к чему-то важному, ваше сиятельство, иначе бы вы не пришли ко мне, — улыбка Соренора была столь сладка, что вязла на зубах и вызывала изжогу. — Слышал, в столице неспокойно? Не хочет ли император снова увидеть своего покорного слугу?

— Император не хочет даже слышать о лабораториях.

— Жаль, мне очень жаль…

Доран почесал переносицу. Почему Соренору было не создать туманных тварей? Почему бы ему не убивать девушек? Но мог ли он решиться на такие меры ради возрождения лаборатории? И почему тогда до сих пор не объявился при дворе с верным средством для избавления от тварей? Либо здесь партия сложнее, либо Соренор не виноват.