Три мести Киоре

Только оставьте мне какую-нибудь бумагу, что я не буду платить управлению компенсацию за ваши свернутые шеи! Я, знаете ли, только недавно от долгов избавился, новых не желаю!

Судя по шагам, пришедшие воспользовались предложением барона. Шаги приближались, пол скрипел, и Киоре ощущала себя затаившейся гадюкой.

— Проклятье, Стэр, я туда не полезу! В самом деле шею свернем!

— Я думаю, туда никто не пролезет. Смотри, в эту дырку даже нашей воровке не протиснуться, — рассуждали патрульные. — А справа что?

Шаги приближались, Киоре дрожала всё сильнее, не в силах прекратить.

Тело не слушалось. Она закусила до крови палец, и это немного помогло. Но патрульные, осветив и эту часть дома, ушли. И Киоре потеряла сознание.

Глава 13

Слуга, сидевший за столом приемной, оторвался от бумаг и с важным видом поправил смешные очки, разглядывая через них бледного, опиравшегося на трость Дорана с синяками на лице и шее.

— К Его Величеству. Не беспокоить, — процедил глава Тайного сыска, и слуга только тяжко вздохнул: за несколько лет во дворце он стал понимать, когда лучше получить выговор только от императора, а не одновременно и от него, и от злого визитера.

— Доран, я занят! — Паоди в кабинете разбирал бумаги, как будто соревновался с кем-то в скорости.

Выглядел император неважно.

— Я уйду, когда ты мне объяснишь, почему отклонил два моих прошения о пробуждении ловцов.

Он остановился посреди кабинета, опустив руки на трость. Синяки на спине заживали медленно, и даже контакт с самым мягким креслом оставался болезненным, а вчера, во время облавы на Киоре, ситуация еще и усугубилась — несколько ящиков ударили по спине.

— Ловцов не существует.

— Паоди, их не существует только для народа!

— Для всех, Доран. Даже для меня, — он оторвался от бумаг и отложил стальное перо, сцепив кончики пальцев на столе. — Мы закрыли подземелья с химерами, разогнали всех рабочих оттуда, заткнули графа Соренора ценой кучи нервов не для того, чтобы вновь использовать чудовищ. Это будет скандал, и граф его раздует на весь свет, требуя вернуть ему право на исследования и вновь открыть лабораторию!

— Этой ночью чудовище загрызло человека, несколькими ночами ранее напало на меня.

Предлагаешь ждать, пока оно не сожрет всех? Боишься, что о ловцах и тех опытах узнают? Мы выпустим их тайно, да и ты сам должен помнить, что ловцы внушают ужас всему живому! Соренору запрещены новые опыты, но никто не запрещал использовать его старые изобретения…

— Нет, я сказал! — отрезал император.