Хроники Эйенфорта. Корона огня

— Мы идём в подземелья. Доверься мне.

Мысли Дамиана лихорадочно крутились в голове, сменяя одна другую. Как это могло вообще произойти? Знал ли Касиус о тайне своего лучшего друга? Потому что в этом явно замешан Эдитон, только ему под силу незаметно для других провернуть такое.

Они больше никого не встречали на пути, пока шли длинными коридорами. За одной из тяжёлых резных дверей, что открыл Дамиан, вниз уходила винтовая лестница. Свет от пламени свечей, подвешенных к потолку, отбрасывал причудливые тени на ступени, усиливая странную тревогу Тефании.

— Всё-таки подземелья дворца – не выдумки, — задумчиво проговорила она.

Девушка вспомнила и нелепые слухи о том, что в подвалах держат некое чудовище, пожирающее непрошенных гостей. Естественно, никто никогда его не видел, но слухи распускали.

О каких чарах говорил Дамиан? Почему теперь она выглядит так странно? Она взглянула на Дамиана, на чьём лице прочла решимость. Он был так уверен в том, что делает, но в ней самой такой уверенности не было. Дамиан первым начал спуск по лестнице, подавая Тефании руку.

Преодолев множество оборотов лестницы, они оказались в новом коридоре, в конце которого виднелась арка, по которой вился густой плющ.

— Что это?

— Доверься мне, сейчас всё узнаешь, — ответил Дамиан, ступая в коридор.

В его голове проскользнула мысль о том, что его жизнь была бы куда проще, если бы в ней не было Тефании. Но какой бы пустой тогда она бы была! К тому же сейчас он действительно нужен ей. Только он может помочь.

Дамиан прошёл по коридору к арке, махнув рукой в пригласительном жесте.

Тефания прошла за Дамианом в арку и осмотрелась. Всю площадь большой квадратной комнаты занимала растительность. Плющ увивался даже по полу и потолку, а также обвивал ножки дивана, стоящего посередине в окружении кресел и столиков, заваленных книгами. Другой мебели среди всей этой растительности не было. Рос там не только плющ: среди зарослей виднелись цветы, а также кусты ягод.

— Что всё это значит? — Тефания начинала бояться и старалась, чтобы её голос не звучал слишком уж жалко.

Дамиан взглянул на неё и замер, не зная, как продолжить разговор.

— Похоже, ты двустихийная, — наконец чувствуя себя в безопасности, решился произнести вслух Дамиан.

— Что?

— Ты одарена двумя стихиями.