Хроники Эйенфорта. Корона огня

Он должен с этим всем справиться.

— В тебе самом сокрыта не ме́ньшая сила.

Её губ коснулась лёгкая улыбка, которую Гидеон тут же захотел поцеловать. Он ужасно тосковал по ней, но в акватории Ватвилля пока что было небезопасно. Пираты хоть и затаились, наверняка планировали новую тактику наступления.

— Я не знаю никого мужественнее тебя. Настолько сильно тебя люблю, что порой у меня дыхание перехватывает от осознания, что мы скоро поженимся.

Гидеон приблизился к зеркалу и обвёл взглядом отражение Джуэлл.

— Не представляешь, как сильно люблю тебя я.

— Наглец! — взвизгнула Джуэлл, но от Гидеона не укрылось её смущение, ставшее для него слаще десертов.

Если бы оба они были из княжеского рода, могли бы и не дожидаться свадьбы, чтобы стать ближе друг к другу. Но это был брак наследника престола, так что приходилось соблюдать приличия. В королевстве, где все имели один оттенок кожи, глаз и волос, целомудрие невесты являлось единственным доказательством законнорождённости детей.

Такая красивая, нежная, ласковая. Такая… его. Единственное, чего она просила – это обучиться лекарству до вступления в брак. И все с этим согласились. Королева-целительница – это прекрасно.

Гидеон молча наблюдал, как она поправляет косу и вновь принимается за чтение, когда в дверь его кабинета постучались, и внутрь вошёл советник Борен Милейн. Он был взъерошен и тяжело дышал. Бежал, чтобы поскорее доложить? Но о чём? В любой другой момент Гидеон мог даже отчитать его за то, что не дождался приглашения войти в ответ на стук, но смутная догадка о причине волнения вытеснила все остальные чувства.

— Что-то с отцом?

— Хвала Богине, нет, ваше высочество! — Борен покосился в зеркало и увидел дочь. — Здравствуй, родная.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.

— Мне нужно переговорить с принцем. Прошу, оставь нас, — выдохнул советник.

Джуэлл нахмурилась, но кивнула и, попрощавшись, исчезла из зеркала.

Гидеон перевёл серьёзный взгляд на Борена.

— Ну? В чём дело?

Пока советник докладывал, Гидеон неоднократно менялся в лице. Его будто плавно накрывала тень, которая теперь его никогда не покинет. События душили своей тяжестью, которую, казалось, он не мог вынести. Столько всего свалилось сразу, отец прикован к постели, и ответственность теперь полностью на нём, принце.

Когда Борен закончил рассказ, Гидеон потёр переносицу и сказал:

— Созывай Совет. Будем решать, что делать.