По лезвию ножа

Габриэль поднял на Фенира сердитый взгляд, и сквозь зажатые зубы, прошипел.

— В отличие от тебя... Я не убийца и ни разу не перешагнул гуманность. Я как был ангелом, так им и остался. А ты превратился в нечисть и потерял себя, погрузившись во тьму...

— Ключевое слово «был».

Нахмурившись, тёмный снова смерил ангела презрительным взглядом.

— Гейби, давай на чистоту — ты самый обычный лицемер! Как бы ты ни пытался, выглядеть «светлым», сейчас ты, в принципе и до конца своей никчёмной жизни, Падший! — подойдя к рыжему почти вплотную, Фенир достаточно сильно ткнул его пальцем в грудь.

Его приятно забавляло злое выражение лица ангела. В глазах Габриэля промелькнул недобрый огонёк. Слова Фенира смогли задеть его за живое. Больше всех на свете, ангел ненавидел демонов и Падших.

Особенно последних, считая их предателями и отступниками.

Ангел грубо перехватил руку Фенира, резко откинув.

— Только не надо сравнивать меня с такими же мразями, как ты! Я не Падший и никогда не опущусь ниже плинтуса, как шакал, наподобие тебя, — зло прошипел тот.

— Поздно, ангелочек. Ты упал даже ниже, чем тебе кажется.

Встряхнув рукой, словно на неё попала грязь, тёмный обошёл Гейба со стороны, и остановился рядом с красивым подарочным пакетом.

— Говоришь о своей невиновности, а сам якшаешься то с демонами, то с нечистью. Как там её звали? Кажется Камила?

Наблюдая за тем, как лицо ангела вытягивается от шока, Фенир одновременно расплывался в довольном, хищном оскале.

Габриэль с широко раскрытыми глазами уставился на Фенира, сжимая в руке пакет.

«Да как он узнал об этом?» мысленно воскликнул ангел, и решил всё таки озвучить вслух мучивший его вопрос.

Обернувшись к Падшему, он спросил:

— Откуда тебе это известно? Ты следишь за мной?

Громкий злорадный смех, снова разрезал уличные шумы. Снующие туда-сюда люди, стали оборачиваться, недовольно разглядывая наглого мужчину.

— Вот так я тебе всё взял и выложил! Гейб, ты как был наивным дурачком так им остался.

Тёмному было плевать, на прохожих. Была бы его воля, он прямо сейчас, мог бы спалить здесь всё. Но увы...

Бросив хитрый взгляд на пакет, он брезгливо отодвинул один край пальцем, заглядывая туда.

— А это ещё что? Неужто у нашего святоши появилась девочка?

По лицу тёмного расплылась хищная улыбочка.

От взглядов прохожих, Габриэлю стало неловко.