Нам (не) нужен новый папа!

– Если хочешь, я никогда не пойду в бильярдную, хоть надо мной все и смеются из-за этого. И пусть я буду хуже всех в классе, только прости меня.

И как после этих слов было не отпустить Алекса? Чего мне стоило это решение – отдельный разговор. После того, как дверь за подпрыгивающим от нетерпения и радости сыном закрылась, я трясущейся рукой накапала в стакан двойную дозу успокоительного и буквально свалилась на кушетку в гостиной. Перед глазами так и стояло серьезное лицо Айдэна, то, что он на двоих делил с моим мужем.

– Не волнуйся, все будет в порядке, я позабочусь о мальчике, – сказал Дэн мне на прощание.

И именно это меня пугало больше всего. Алекс с каждой минутой привязывалтся к дяде все сильнее, невозможно было не замечать, как сын постоянно ловит взгляд Айдэна, во всем ищет его одобрения, да даже за столом Алекс выбрал место рядом с дядей! Как потом объяснять ребенку, почему мы не можем общаться с Дэном? Он как опухоль, едва появившись, активно начал распространяться и занимать в нашей жизни все больше места, а я только и ждала момента, когда от этой опухоли наконец можно будет избавиться.

Сил на дела не осталось. Я так и пролежала до самого вечера, пялясь в потолок и гоняя невеселые мысли по кругу. За ужином я безучастно выслушала восторженный рассказ сына о поездке, а после прочитала ему сказку и оставила засыспать. Айдэн, видя мое состояние, мудро самоудалился, не оставив Алексу выбора в том, кто их взрослых будет его укладывать.

– Ты сердишься, мам? – поднял на меня глазки сын, явно чувствуя вину из-за моего состояния.

– Нет, конечно, котенок. Просто мама устала, слишком много всего навалилось в последнее время. А ты у меня – самый лучший ребенок на свете, – я поцеловала гладкий и теплый, еще пахнущий детством лобик и ненадолго прикрыла глаза. – И желания у тебя совершенно нормальные для ребенка. Не думай, что остальные мальчишки не хотят так же сильно как ты играть в бильярд или проводить время с папой.

– Я люблю тебя, – совсем по-взрослому вздохнул мой мальчик и крепко обнял. – Ты у меня самая лучшая и красивая.

– Спасибо, – сдавленно ответила я и, еще раз поцеловав сына на ночь, покинула детскую. Попутно отметила, что хорошо бы в ней сделать ремонт. Из нежно-голубых стен с изображениями зайчиков и мишек Алекс давно уже вырос. Как, впрочем, и из светильника в виде луны, и мебели с вырезанными на ней птичками.