Стихия - Огонь

Сейчас здесь творилось что-то опасное от чего ей нужно держаться подальше!

Она вдруг увидела изумленное лицо Эрдэни, неприятную ухмылку Донида, черные глаза наложницы князя… в них отражался огонь… Женщина ласково улыбалась, но Веронике померещился оскал и длинный черный язык, показавшийся из-за острых, как колья зубов…

Это она… Девушка не осознала, когда в голове возник ответ. Когда она впервые увидела эту женщину или позже?! Огонь. Драконье пламя. Плавит камни, кости и плоть! Перстень на шее задрожал и кожу ожгло жаром.

- Постой, - она резко подняла голову и тут же столкнулась с стальной молнией и чуть не обмерла. Пальцы разжались, конечно, она вела себя по-детски, наивно и глупо. Всему этому нет места среди притворства, лицемерия и холода, которым окружали себя все, кто здесь находился.

Она почувствовала себя крайне уязвимо и вся дрожала, одиноко выдавила последние слова, хотя было поздно:

- Не пей…

- Славный напиток.

- На мой вкус - слишком крепкий. Это вправду огонь. – проговорил он, обращаясь к Веронике - Хорошо, что ты раздумала пить.

— Это она, – дрожащим от волнения голосом прошептала девушка.

- Отрадно, что ты поняла. – Ферро слегка улыбнулся краешками губ.

- Что было в чашке?..

- Чтобы ни было в ней, – сверкнул зубами красавец в черном, – это следовало испить до конца.

Вероника удрученно покачала головой. Это казалось невозможным, но в тот момент она как будто ощутила некою ответственность перед своим мучителем и за собственное бездействие тоже. Она обязана была его остановить, не позволить пить, выбить из рук чашку с неизвестным содержимым. Она промешкала и не сделала ничего… Не смогла, не сумела, не решилась!

- Зачем ты это делаешь?! – Полушёпотом взмолилась Вероника, когда гости князя Есши разошлись, поняв видимо, что продолжения не будет.

- Император выказал себя тонким политиком. – Проговорил Феро словно не впопад. - Он решил не идти на поводу у своего тщеславия и сделать шаг назад. Из-за того, что он действительно не понимал кто перед ним. Предположу, что он, при всех своих телохранителях еще не опасался за свою жизнь, так как сегодня. Блестящая выдержка для правителя, славящегося своей безнаказанностью.