Предназначенная

Они не перекидываются, глушат звериную натуру зельями, стремятся быть людьми.

— Какой в этом смысл? — поинтересовалась я. — Вы наделены силой быть прекрасными животными. Свободными и бесстрашными. И сами от этого отказываетесь.

— Ваши речи, юная леди, ересь, — раздалось из коридора.

Рейден не до конца прикрыл дверь, и нас подслушали. Хорошо, долговязый мужчина, смотрящий на меня с неодобрением, расслышал лишь последние слова, а не весь разговор.

Заложив руки за спину, долговязый вошел в спальню, хотя я его не приглашала.

Он был высокий и худой как палка. А еще сутулый – кривая палка.

— Бастер, — поприветствовал его кивком Рейден. — Не знал, что ты приехал.

— Буквально час назад. Жду аудиенции, этнарх, — он отвечал Рейдену, но смотрел на меня. При этом ноздри долговязого подрагивали. Он принюхивался ко мне, но ощущение было, словно он касается меня своими потными ладонями.

— Судя по запаху, юная леди, близка к потере контроля. В ее аромате слишком много звериного, — Бастер шагнул ко мне и подтолкнул мою руку с флаконом к лицу.

— Пейте.

— Или что? — сощурилась я.

Бастер насупился.

— Или как главный смотритель я буду обязан внести вас в список неблагонадежных, а это первый шаг на пути к диким, — процедил он.

Ага, значит, есть цивилизованные оборотни и дикие. И, похоже, дикие вне закона. Любопытно.

— Глупости, Бастер, — Рейден опустил руку мужчине на плечо. Жест получился не дружеским. — Она просто ребячится. Молодежь любит в этом возрасте проверять границы дозволенного.

Говоря это, Рейден так глянул на меня, что я мигом осушила флакон до дна. Зелье на вкус оказалось кислым, и я поморщилась.

— Вот и все, — улыбнулся Рейден, оголяя клыки. — Говорил же, ребячество. Идем, обсудим дела. Это девичья спальня, нам в ней не место.

— Разумеется, этнарх, — главный смотритель Бастер с трудом оторвал от меня взгляд. Рейден буквально толкал его к двери, выпроваживая из комнаты силой.

Едва оставшись одна, я в изнеможении рухнула в кресло.

Почему у меня такое ощущение, будто я только что выдержала бой? Этот Бастер – жуткий тип. Судя по одежде – мужчина был в подобие рясы – и званию, он занимает какой-то религиозный пост. Но смотрел он на меня при этом совсем не со смирением, присущим священнослужителям.

Мне знаком этот взгляд – так сально глядят на хорошеньких девушек престарелые ловеласы. Они ненавидят их за молодость и одновременно хотят, осознавая, что вряд ли когда-либо получат.