Испытание Уинтер

Водитель залопотал что-то по-португальски, но Саймон его не понял, как и сам он вряд ли понял, что сказал Саймон. Поэтому он решил донести мысль единственным оставшимся способом: распахнув пасть, он ужасающе зарычал.

Водитель закрыл руками лицо, сгибаясь от боли в рёбрах. Когда внедорожник всё же остановился, Саймон пару раз топнул – просто на всякий случай.

– К доктору, – приказал он, надеясь, что на его языке слово будет звучать как-то похоже. Задерживаться рядом с водителем он не стал – превратился в сапсана и вылетел через разбитое лобовое стекло, стараясь поскорее догнать фургон, пока с друзьями ничего не случилось.

Заметил он их секунд через двадцать, не больше, – они как раз вошли в крутой поворот. Ширины дороги едва хватало для двух автомобилей, и военный внедорожник вплотную прижимался к фургону, пытаясь спихнуть его в лесополосу.

Издав яростный клич, Саймон бросился к машине Совета, прижав крылья к телу. Ему было плевать, что его ждёт – лишь бы получилось отвлечь солдат и дать друзьям время уехать, – и как только он влетел в открытое окно, мгновенно обернулся тигром, готовясь впиться в солдат клыками и когтями.

Но и солдаты ждали его.

Они были вооружены до зубов – ножами, штыками, дубинками; и в отличие от солдат в первых автомобилях, они не боялись и не пытались закрыться. Саймон мгновенно ощутил на себе всю мощь их оружия и сдавленно вскрикнул, когда бок обожгло болью.

Тут же он превратился в крокодила, чья толстая кожа защищала не хуже шкуры бегемота.

Но было поздно: по боку уже текла кровь, а солдаты, явно представляющие, что Саймон сделал с их товарищами, окружили его, не давая ни вздохнуть, ни пошевелиться. Ножи против рептилии помогали плохо, но дубинки работали по-прежнему, и после нескольких ударов по голове перед глазами всё поплыло. Нужно было отбиваться – превратиться в кого-нибудь, кто смог бы справиться с ними единым махом. Но град ударов не прекращался, и хотя крокодилий череп пока выдерживал, солдаты были сильны, а с каждым ударом голова начинала кружиться всё сильнее.

– Саймон! Саймон!

Он распахнул глаза. Ариана. Из-за того, как тесно автомобили прижимались друг к другу, она была совсем близко, и стоило только представить, как солдаты нападают на неё – нападают на всех его друзей, – и в кровь выбросился адреналин. Со скоростью молнии Саймон укусил ближайшую к нему ногу, а затем снова и снова, пока воющие от боли солдаты не расступились, оставив в покое его ноющую голову.