Избранная ⅠⅠⅠ. Забвение

Школьную программу придется наверстывать, поскольку надеяться на быстрое восстановление памяти глупо.

Мой блокнот, в который я записывала все свои мысли и наброски текстов куда-то бесследно исчез, как и мой телефон. Так что узнать информацию оттуда было невозможно. Очень жаль, только на них я и надеялась.

Анна объяснила, что когда я упала на катке, то разбила свой смартфон, и в сервисном центре сказали, что данные не подлежат восстановлению. Родители на удивление спокойно отреагировали на подобные вещи и купили мне новый.

Пыталась вспомнить пароль от старой страницы, но, к сожалению, прошлый набор символов не подошел, да и активность в социальных сетях была еще в начале лета, а потом тишина.

Маловероятно, что я полностью ушла из интернета, скорее всего создала фейковый профиль. Но как усердно бы не искала, ничего похожего найти так и не смогла. Это очень странно, как же я тогда общалась с людьми, если не хотела отвечать на звонки?

Когда сильно напрягалась, пытаясь вспомнить хоть что-то, в голове сразу же появлялась сплошная пустота и адская мигрень.

Мама с папой стали какими-то совершенно другими, но я списывала свои ощущения на пробелы в памяти. Они практически не ссорились, старались избегать любых конфликтов и решали все мирным путем, проводили больше времени друг с другом и с нами.

Даже Роберт перестал мне казаться таким говнюком, он постоянно что-то рассказывал про подготовку к школе, делился своими сладостями и показывал мне свои любимые мультсериалы, которые я охотно смотрела вместе с ним.

Я очень надеялась, что подобные изменения произошли на фоне семейной психотерапии, а не потому, что мать была в положении, а я получила тяжелую травму и попала в больницу. Теперь мы больше были похожи на полноценную здоровую семью с хорошими взаимоотношениями и атмосферой внутри дома.

Но щемящая сердце тоска не давала мне покоя, потому что с моей личной жизнью все было куда непонятнее. Анна сказала, что я прекратила общение со школьными подругами из старой школы, а с кем я завела здесь дружбу она не знала потому, что из-за ее тяжелой учебы мы мало общались.

Хоть и не отрицала тот факт, что, учась в разных заведениях мы могли отдалиться друг от друга, но я не могла же прям ничего ей не рассказывать.