Город акул

Да, спасаясь от смерти, Саймон сумел превратиться в орла, но на той же крыше случилось нечто ещё более ужасное.

Большую часть своей жизни Саймон провёл на Верхнем Вест-Сайде Манхэттена, прямо напротив Центрального парка со своим дядей Дэррилом. Он тоже был анимоксом – огромным серым волком, – но Саймон узнал об этом, только когда его маму похитила армия крыс, и Саймону пришлось сбежать в зоопарк Центрального парка, чтобы попытаться её отыскать.

В итоге поиски привели его сюда, на крышу Небесной башни, где на его глазах Орион убил дядю Дэррила.

И сейчас, дрожа на пронизывающем ветру, он прекрасно видел то самое место, где умер дядя. Почти четыре месяца дождей и снегопадов смыли кровь, но из памяти Саймона ничего не стёрлось.

– Давай уйдём, – попросил он дрогнувшим голосом, отворачиваясь. Нолан стал возражать, но потом глянул в ту же сторону и поник.

– Ох. Я забыл. Твой дядя.

– И твой тоже, – тускло заметил Саймон, хотя Нолан не был знаком с дядей Дэррилом. Вскоре после смерти их отца от рук Ориона мама разделила братьев, чтобы защитить.

Дядя Дэррил защищал Саймона, а Нолана растила Альфа Царства Зверей, Селеста, родная мать Дэррила и Малкольма и приёмная мать отца Саймона. Своим решением мама оберегала их, но из-за него же Нолан не только не видел, но и не знал о существовании брата, пока они не встретились через двенадцать лет.

Воздух прорезал резкий клёкот, и Саймон навострил уши. Над ними кружили два сапсана, с каждым кругом опускаясь всё ниже.

– Саймон и Нолан Торны! – крикнул первый – для обычной птицы голос у него был слишком уж человеческим.

 – Повелитель приказал доставить вас к нему.

Саймона забила дрожь.

– Я же говорил, – сказал он брату. – Всё, полетели, если успеем добраться до зоопарка…

– Я не подчиняюсь приказам Ориона, – откликнулся Нолан, расправляя крылья. – Если хотите меня схватить – сначала придётся поймать!

Сапсан заклёкотал – или рассмеялся, – и Саймон застонал.

– Придурок, – выдохнул он, взлетая вместе с Ноланом и поворачивая к зоопарку.

 – Сапсаны – самые быстрые птицы.

– Сам ты… – Но слова Нолана унёс ветер. А может, он так сосредоточился на полёте, что забыл договорить.

Сапсаны бросились за ними в погоню, взмыв в свежий утренний воздух.

– Остановитесь, во имя повелителя! – крикнул один из них. Саймон мысленно поторопил Нолана, но, несмотря на его бесконечную самоуверенность, за последние тридцать секунд летать лучше тот не научился.