За поворотом времени, или Магия сердца

«А ты хочешь, Даниил, чтобы у меня нервный тик случился? Или еще чего хуже – истерика? Я не желаю видеть Родиона раненым или избитым. И крики его прилипалы, милой Женечки, я также слушать не в состоянии. Так что не мешай мне! Просто будь рядом. Я надеюсь, Злот не заманит меня ни в какие дали».

– Значит, не уважаете грубую мужскую силу? – продолжил расспросы темный Магистр, показывая Катерине рукой дорогу для прогулки.

Деревенская площадь, собрав на себе всех жителей Теппы, автоматически очистила улицы.

Даже дворовые собаки предпочли общество, и теперь можно было прогуливаться везде, не встретив ни души.

– Почему же не уважаю? – переспросила Катерина, идя вместе со Злотом вдоль безлюдных домов. – Любой мужчина должен уметь драться, должен быть готов защитить честь женщины. Действительные шрамы и синяки на теле воина – это признак его мужественности, это знак его небезразличия к той даме, которую он защищает. Я так считаю. Но все это справедливо для реального сражения. Здесь же, на ринге, можно наблюдать лишь какую-то жалкую пародию на высокие идеалы защитников.

Грубое, жестокое, никчемное зрелище!

– Полностью с Вами солидарен, – кивнул Злот, вновь указывая рукой Екатерине, что им следует свернуть с центральной улицы на другую, и соглашаясь с женщиной в осуждении крестьянской забавы. Он, Злот, за четыреста с лишним лет ни разу ни с кем не дрался, и сейчас не испытывает в том потребности. Но разве он сам или кто-либо другой посмеет усомниться в его силе и мужестве? – Деревенские мужланы.

Грубый, необразованный, неотесанный народ. Что поделать? С другой стороны, хотят развлекаться – пусть лучше себя мутузят, чем плетут заговоры против Правителя, как некоторые из революционеров Баграса.

Злот самодовольно ухмыльнулся. Настроение у него было превосходным. И даже то обстоятельство, что истинные организаторы поджога на ткацкой фабрике еще не были вычислены и отслежены стражниками Баграса, даже это не омрачало его душевного праздника.

– А у Вас, госпожа Екатерина, сегодня красивая прическа, – продолжил он. – Не такая, как вчера, но тоже изысканная. Опасаюсь, как бы моя сестра не начала переживать на этот счет. Георгина себя мнит законодательницей моды в Баграсе и очень ревностно отслеживает все новые веяния и тенденции.

Катерина растерянно поправила пряди.

– Спасибо за комплимент. Я постараюсь не претендовать на первенство в вопросах моды. Во всяком случае, в обществе Вашей сестры.