Легенда Жемчужного озера

Клянусь, будь я героиней женского сентиментального романа, меня бы возненавидели все ярые блюстители морали.

Резиденция графа делилась на три части: правое крыло отводилось полностью покоям, в главном располагалась гостиная, кабинет, кухни и дальше по мелочи, а левое принадлежало огромной галерее изобразительного искусства. Алек ткнул пальцем влево, ясно указав мне дорогу, и поспешно ретировался, так и не ответив на главный вопрос: с чего он вдруг решил, что я увлекаюсь живописью?

Долг есть долг. Делать нечего – иду.

Иду и мысленно перебираю всевозможные варианты моего появления в галерее.

Глупо. Да, я не агнец божий, но со всеми мужчинами, которые были в моей жизни, меня связывали исключительно потребительские отношения. Мы не тратили драгоценное время на заигрывания, а сразу, как говорится, приступали к делу, если осознавали явное влечение друг к другу. Меня учили драться, а не вести светские беседы, поэтому я владею оружием, но не тонкостями флирта.

Однако все оказалось куда проще.

Тамиан самолично (я даже слова вымолвить не успела!) вызвался сопроводить меня в галерею. Большую часть пути мы преодолели в густой, тягучей тиши, пока не достигли огромных резных дверей, отворив которые, Тамиан галантно ввел меня в еле освещенное помещение, погруженное в величественное молчание.

--Сюда мало кто ходит, помимо слуг, труд которых сохранил экспонаты в первозданном виде, -- извиняющимся тоном произнес Тамиан.

--Редко бываете здесь?

Он неоднозначно пожал плечами.

--Это место целиком и полностью принадлежало моей маме – она была в восторге от искусства. После ее смерти отец сюда ни разу не заглянул… А я, увы, полный профан в вопросах творчества. Но, признаюсь, нет-нет захожу сюда и также, как вы, не могу оторвать глаз от этого пейзажа.

Вздрагиваю от неожиданности и только сейчас понимаю, что застыла прямо по середине прохода, глядя на одну из картин, написанную через год после Великой Смуты, то есть примерно за несколько месяцев до моего рождения.

--Это Жемчужное море? – интересуюсь тихо, боясь спугнуть некую таинственность.

--Да, но в год написания оно еще именовалось озером. Помню, как мама сидела летней ночью на холме, задумчиво смотрела вдаль и отрывистыми мазками писала озеро, в котором отражалась полная яркая луна.

--Ваша мать была очень талантливой женщиной. Достичь подобного результата в изобразительном искусстве практически невозможно!

--Благодарю, -- Тамиан смущенно отступил.