Легенда Жемчужного озера

Стоило мне выйти на улицу, как ветер тут же бросил в лицо снежинки, словно ледяное конфетти, и унесся резко вверх, подхватив за собой пряди моих каштановых волос.Я накидываю капюшон и быстрым шагом направляюсь в общежитие Королевской Академии. Острые шпили смотровых башен грозно и величественно возвышаются над тренировочной ареной. Из столовой пахло свежеиспеченными булочками с корицей и пряностями, от аромата которых желудок просительно сжался.

Я любила это место и одновременно его ненавидела. Клетка для цироквых животных по иронии судьбы стала моим домом.

Во двор уже высыпались первокурсники, подростки лет шестнадцати, или совсем детки, которых сюда привезла Святая Инквизиция. Когда-то я тоже была такой девочкой-подростком, вырванной из родного дома для воспитания во мне воинского духа. А все из-за дара, который за годы обучения в Академии так и не проклюнулся. Он до сих пор унизительно прочно сидит глубоко внутри и подтачивает мой внутренний стержень острым клинком самобичевания.

Из омута мыслей я выныриваю не по собственной воле. За спиной раздался до жути неприятный голос, превративший мое красивое имя в липкую зловонную жижу на языке.

—Торопишься в свою комнатку, Мáрджори? – Кóла продолжала подначивать, видимо так и не успокоившись после своего грандиозного провала перед комиссией.

С абсолютным нулем эмоций спокойно оборачиваюсь к Коле. Она торопится меня нагнать, отчего подрагивают ее золотые кудри, уложенные в мудрёную прическу.

— Как ты получила место в Белой Гвардии? Спишь с профессором И́ллиа? – злобно выплевывает однокурсница, подбегая ближе.

Запыхалась бедная, прямо-таки жаль ее, честное слово. И я бы пожалела, если бы не подобное оскорбление. С профессором Иллиа!? Да за кого она меня принимает!? Если бы я спала с верхушкой, то только со старейшинами – не меньше!

—Отвали, Кола, не до тебя сейчас, — кидаю этой выскочке и уже собираюсь уходить, но…

— О, мамочка с папочкой гордились бы тобой, малютка Марджори.

Погоди-ка… Вся твоя никчемная семейка кормит червей в общей могиле, пока ты отбираешь чужую работу. Тебе место в земле, Лэйк, и я сделаю все возможное, чтобы лично втоптать в нее твое лицо.

Меня бросило в жар. Я знаю, чего добивается Кола, и не поведусь на ее жалкие спекуляции, ведь на кону моя карьера. Однако… Эта истеричка залезла грязной рукой в открытую и по-прежнему кровоточащую рану, которую я так старательно зализывала на протяжение долгих лет.