Легенда Жемчужного озера

Где-то недалеко шумел водопад реки, бегущей вдоль всей Лаклады – могучей Дара́ны, питавшей нашу землю с незапамятных времен. Алек передал мне сверток с едой, случайно дотронувшись до моей руки. Его ладонь оказалась на удивление горячей и мягкой, отчего по моим венам разлилось приятное ощущение тепла.

—У вас ледяные руки, адепт Лэйк! – укоризненно отметил капитан. –Где перчатки?

Проклятье! Чертовы перчатки! Я резко отстранилась от Ревона и, сердито поджав губы, попыталась быстро придумать правдоподобную отговорку для собственной забывчивости, но на ум приходило лишь чистосердечное признание.

—Оставила в Академии, — рявкнула я, делая шаг назад, подальше от раздраженного капитана. Мое подозрительное поведение несколько его обескуражило, по этой причине он не стал наседать и, молча развернувшись, удалился. Однако одиночество мое длилось недолго: капитан вернулся и рваными движениями, с плохо скрываемым недовольством, самолично натянул на мои руки его собственные перчатки.

—Не стоило, капитан…

—Обмороженными руками вы не сможете держать меч.

Мне нужен солдат, а не дохлый индюк.

Я почти оскорбилась.

—Капитан, — тихо вздыхаю, пытаясь сбросить непонятно откуда взявшееся волнение. – Спасибо вам…

Он нахмурился:

—За что?

—Вы не оказали медвежью услугу, заставив через силу преодолеть внушенный страх… — немного молчу, а затем с лукавой улыбкой добавляю: — Но дохлого индюка я вам еще припомню.

Алек глухо рассмеялся. Неожиданное проявление эмоций заставило меня встрепенуться.

—Договорились, адепт Лэйк. Вы хотите быть первой, но корона лидера всегда тяжела, сдавливает голову тисками и набатом стучит по вискам. Намереваетесь стать лучшей? Ведите себя соответствующе, — ровным тоном проговорил капитан и ушел, оставив меня наедине с целым роем мыслей.

Вскоре, плотно подкрепившись, мы перешли к разговорам о деле, заранее условившись называть друг друга по именам, исключив излишний официоз.

—Алек, — я теперь могла обращаться к нему по имени, — почему ты сказал Лурду, что дело скорее всего пустяковое?

—Понимаете, ребят, граф Бэ́нри Монтей – человек удивительно тяжелой судьбы.

Мы с ним знакомы по долгу службы, да и семьи наши тесно общались. Он многое повидал, особенно… — капитан на мгновение замялся, отведя взгляд в сторону: — Особенно в годы Великой Смуты. Многим тогда пришлось нелегко, и граф, потерявший любимую жену, не исключение. Эта потеря буквально свела его с ума.

Расмина застыла в немом потрясении.