Черные Крылья

Подданные Светлого Двора скептически посмотрели на Юди.

— Она — не Королева, — возмутились феи. — Наша Королева красива и величественна, а это… это… не понятно что. И вообще наша Королева спит. Давно спит.

— Это один из смертных обликов Королевы, — объяснил отец. — Она поможет разбудить Эону.

— Что же, идём, — решил один из Рыцарей, переглянувшись с остальными. — Но только ты и она. Остальные останутся здесь.

— Хорошо, — согласился отец таким тоном, будто не он получил разрешение, а сам оказывал величайшую услугу.

— Но я прошу позаботиться о тех, кто пришёл со мной.

Что же, Светлый Двор всегда славился гостеприимством. Скоро на полянке появился шатёр, защищающий от жаркого солнца, а внутри скатерть с разными вкусностями на ней. Светлые и тёмные маги сразу заняли свои половины стола — одни справа от входа, другие слева. Я замерла на пороге, а потом решительно направилась вправо, уселась между подвинувшимися Гертом и Кости и стала сооружать себе бутерброд из хлеба, сыра и сантона — необыкновенно вкусного растения, которое росло только здесь.

Лимон и кофе были жалкими отголосками неповторимого сочетания сочности, вкуса и аромата, которые давали эти неказистые на первый взгляд буро-коричневые стебли. Кости, заметив, как я довольно прищурилась, тоже потянулся к сантону.

— А ты не изменилась, — задумчиво посмотрел на меня Герт.

— Когда я сделаю это, ты вряд ли обрадуешься, — заверила я, и Варт, сидевший неподалеку, хохотнул.

— На что спорим? — азартно заблестели глаза парня.

Я обречённо подняла к потолку глаза.

Герт и на Земле был безалаберным, а на Небе все наши достоинства и недостатки усиливаются многократно.

— То, что Король Ночи настороженно ко мне относится — это доказательство?

— Ваш Король Ночи? Не-а, — зевнул Герт и впился крепкими зубами в прожаренный окорочок куропатки.

— Инга, ты не права, — взялся защищать отца Кости. — Он любит тебя, я чувствую это. Но его переполняет чувство вины. Не знаю, почему.

Пикси хорошо чувствуют правду и умеют докопаться до истины. С другой стороны, врать они тоже мастаки.

Но вот Кости очень хотелось поверить. Я еле удержалась от того, чтобы не погладить паренька по голове. Обычный на Небе жест мог оскорбить недавнего землянина.

— Если ваш Король хоть пальцем тронет Юди, я убью его, — пообещал Ромус, сверля меня немигающим птичьим взглядом.

— Я сама тогда убью его, — пообещала я. — Но только он этого никогда не сделает.

После этого возникший было холод отчуждения в нашей половине шатра растаял.