Время Соло. Бойтесь желаний терпеливой.

Проходили минуты, прежде чем она начала говорить.

- Твоя мать очень любила тебя, не чаяла в тебе души. Ты была ее единственным сокровищем. Она пыталась уберечь, дала тебе защиту.

Я крепко сжала кулон, а слезы тихо стекали вниз. Я боялась услышать, что она скажет дальше.

- Милая моя, я не вижу, чтобы она была жива. Причём уже давно, около двух лет назад. Она не перенесла разлуки с тобой, но она не убивала себя, это был несчастный случай. Она стала очень рассеянной, совершенно не заботилась и не следила за собой.

Меня трясло, я услышала то, чего боялась больше всего. Я держалась из последних сил, чтобы не зарыдать в голос.

Мои плечи обняли крепкие руки, пытаясь унять дрожь.

- Хватит уже! - сказал Неро, - чего вы добивались? Ее же всю трясет. - Недовольно продолжал темный маг.

Женщина тряхнула головой, будто избавляясь от наваждения и начала гладить мои руки. От локтей к ладоням.

- Милая моя девочка, пойми ты должна была узнать эту правду. Узнать. Пережить и отпустить.

- Еще поговорить? - Неро был очень зол. - Хватит уже! Наговорились.

- Темный маг, не забывайся! - строго сказала женщина. - Я бы хотела и тебе сказать пару слов, наедине.

Я слышала голоса, но не предавала значению словам и их смыслу, сейчас мне казалось, что моя душа покинула тело и летала рядом, наблюдая.

- Будьте уверены, я себя очень сильно сдерживаю, но я не позволю доводить ее до слез. И не думаете ли вы, что я оставлю ее одну сейчас?

Неро поднял меня и обнимая за плечи, начал выводить из шатра.

- Упрямец. Оставайся таким и береги ее. Она твой свет.

- Я сам уже это понял.

Я не особо предала этим словам значения, потому что мое сердце сковала дикая печаль и боль. Арабелла была права, я все это время жила с мыслью, что когда-нибудь встречусь со своей мамой.

Как только мы вышли из шатра, я оказалась в теплом и надежном кольце рук.

- Поплачь, моя хорошая, поплачь.

Он гладил меня голове и крепко прижимал к себе, если бы я сейчас могла трезво мыслить, я бы поразилась такой мягкости темного мага, но мысли мои были о другом, а сердце сжималось от боли. Я дала волю слезам и плакала, плакала, плакала. Казалось, что прошла вечность.