Посольская школа. Невеста Сокола

Ксанир голову повернул из стороны в сторону, растягивая мышцы шеи. Одуревшие от наказаний мальчишки никого не боялись. До сих пор за пьянку с Бесо рассчитывались и уже привыкли пропускать уроки в нарядах. Но старшего Делири бояться стоило.

— А куда у нас манекены делись? — оглянулся он на трибуны. — Как без них полосу препятствий размечать?

Я нахмурилась. Сокол сам расставлял манекенов для занятия по боевой магии.

— На складе, — ответила я, взглядом указывая на невысокую деревянную постройку. — Весь тренировочный инвентарь там.

— А зачем напрягаться? — сощурился Ксанир. — Им же явно не хочется тренироваться. Вот пусть постоят, отдохнут. Вместо манекенов.

Я вспомнила, с каким остервенением дети били магией по деревянным куклам, и испуганно вздрогнула. Лин Делири выжил из ума? Детей покалечить решил?

— И всё-таки у нас есть специальное оборудование, — с нажимом сказала я. Лучше без учителя останусь, чем буду лечить воспитанникам ожоги и переломы! — Потрудитесь использовать его по назначению.

— Что вы, лина Амелия, никакого членовредительства, — сухо ответил Ксанир. — Право учиться отражать удары или хотя бы избегать атак ещё нужно заслужить. Шаг вперёд, бойцы. — Кондр подчинился немедленно, а Дайс присоединился к нему с некоторой опаской. — Слушайте задачу на урок. Одному десять шагов вправо и стоять столбом. Другому десять шагов влево и то же самое. За любое движение штраф. Ещё час стояния столбом.

Бессалийские воспитанники сиротского приюта серьёзно к наказанию не отнеслись. Пожали плечами и отсчитали каждый по десять шагов. Остальных ребят Ксанир отправил на круг лёгкой трусцой. Но уже через минуту начал усложнять задачу. Дети смеялись, скача вприпрыжку, ковыляя вприсядку и ползая змеёй. Особенно радовались малыши, повторяя за старшими. Причудливые ручейки закручивались вокруг застывших “столбов”. Новый инструктор специально направлял детей так, чтобы они чуть-чуть не задевали провинившихся.

— Жестоко, — тихо заметила я, подойдя к старшему Делири. — У Кондра уже лицо судорогой сводит, а Дайс стоит, не открывая глаз.

— Пока пусть стоят. В следующий раз, может быть, отпущу.

И ни капли злорадства в воздухе.