Посольская школа. Невеста Сокола

Ох, если кто-то ещё из воспитанников решил игнорировать режим, наряд выпишу всем и каждому. И пусть опять злятся на тощую Швабру. Зато научатся дисциплине!

Я заметила полоску света под дверью комнаты Мисы и вошла без стука.

Пять старших воспитанниц Посольской школы сидели на одной кровати и внимали каждому слову единственный почти помолвленной девушки. Они замерли, когда я вошла. Ники скосила глаза на Пинару, а та втянула голову в плечи. Самая младшая девочка была из клановых, она сидела дальше остальных, обнимая подушку.

Валери зажмурилась, лучше других понимая, что Мисе влетит.

В воздухе отчётливо пахло аммиаком, шоколадом и жжëнным сахаром.

— По постелям, — холодно приказала я, стараясь не сорваться. Следовало помнить, что передо мной влюбленная девочка. — Миса, в мой кабинет. Живо.

Я почти выбежала из спальни девушек. Трясло от одной мысли, что воспитанница не дождалась свадьбы. Тахис даже помолвочный браслет для неё не сделал, а уже соблазнил. Собирался ли вообще жениться? Или хотел поиграть и бросить, обесчестив?

Я зажгла в кабинете свет и села за стол.

Нужно было взять себя в руки, чтобы не наделать глупостей. Осуждение не поможет, гневные тирады — тоже.

— Лина Амелия, — Миса вошла следом за мной и закрыла дверь. Остановилась в паре метров от меня, теребя новый платок. — Не наказывайте девчонок, они не спали из-за меня.

— Не замечала у тебя его раньше, — ровным голосом заметила я. — Тахис подарил?

— Да, — без запинки ответила воспитанница. — Сегодня принёс, когда мы увиделись на празднике.

Сказал, что следующим подарком станет браслет.

— Значит, вы виделись только на празднике?

— Да, лина Амелия, — она сглотнула, но взгляд не опустила. — Эрика была рядом.

— Миса, не лги мне, — я тяжело вздохнула и положила руки на подлокотники кресла. — Я встретила Тахиса пять минут назад. Я знаю, что вы оставались наедине. Целовались. Или не только? У тебя губы припухли и платье помято. Он раздевал тебя?

Я внимательно следила за реакцией воспитанницы и, не скрываясь, тянула воздух носом.

Мне нужно было знать наверняка, чтобы решить, что делать дальше. Доложить дисциплинарному комитету, пожаловаться на воина Совету Старейшин или просто придушить обоих своими руками.

— Целовались и только, под платье он ко мне не лез, — Миса коснулась губ кончиками пальцев. Густо покраснела и не смотрела на меня.

Запах шоколада наконец перекрыл жжëнный сахар. Я тихо злилась на себя за то, что не могла понять, врёт ли девочка.