Маленькое (не) ЧУДО

– А зачем тебе этот костюм зайца?

– Ну, для возвращения зайцев в наши края же, конечно же! А то ни одного не встретил сегодня в лесу!

– А куда они подевались? – с любопытством рассматривала я грибника.

– Пропали куда-то. Вот шел за грибами, нужно было собрать парочку корзин на зиму, а зайцев нет, – старик потерянно развел руками.

– А что, такие танцы с бубном помогут им вернуться? – мне было очень смешно, я никогда не видела такого грибника-зайца.

– А то ж, конечно. Зайцы – они же ласковые, добрые, всегда как прибьются малой кучкой, еще пойди отвяжись.

Вот как по мне, так это ходить в костюме зайца и думать, что это поможет – вот что чертовщина. Не знаю, я, конечно, мало разбираюсь в зайцах, но одно ясно: все в деревне важно. Тут своя экосистема.

Я постаралась не смеяться вслух, чтобы не показаться неуважительной к их обычаям.

– Ника, а когда вернется папа? – вновь Алисия расспрашивала меня.

– Я точно не знаю, он сказал, что скоро, – не могла же я выдать детям правду, что папку-то, кажется, посадили… Надеюсь, ненадолго.

Лиза смотрела на меня с грустью, ее огромные глаза были наполнены слезами. Мое сердце не выдержало этого взгляда. Я подошла, чтобы спросить, что ее так расстроило.

– Ты боишься, что папа не вернется? – девочка помахала отрицательно головкой. Ее милые лохматые кудри разлетались в воздухе.

– А что тогда?

– Это все мы, это мы виноваты! – голосок задрожал, и вот уже крошка сидит и хлюпает носиком.

Леон, как истинный старший брат, попытался подбодрить сестру:

– Не виноваты мы, так уж вышло. Он вернется.

– А если не вернется? – возразила Алисия.

Я стояла в сторонке и наблюдала за спором. Что-то начинало назревать. Надо бы утихомирить братву и понять, о чем идет речь.

– Мама говорила не использовать силы во вред, а мы, видимо, использовали, и теперь папочки нет… И давно, – Лиза продолжала хлюпать носиком.

– Молчи… – добавил Леон, искоса глянув на меня.

Я понимала, что дети чувствуют вину за то, что случилось с их отцом, и мне было очень тяжело видеть их такими. В любом случае, их вины нет – они всего лишь дети без родителей. Сиротки, такие же, какой когда-то была и я.

– Кому блинов? – громко перебивая их, спросила я.

– Блинов? – три пары глаз смотрели на меня, не отводя взгляда. Огромные глаза загорелись, и разлад тут же закончился.