Наследница Нави

Мама так и замерла со свирепым выражением лица, безумными глазами и торчащими из пальцев жуткими полуметровыми когтями.

- Валили бы вы отсюда, ребят, пока живы, – посоветовал Люцифер с улыбкой.

- А как же… - заикаясь, начал Василевс, смотря с отчаяньем на обезглавленное тело сына.

- Сами справимся, валите, говорю, – прорычал Люцифер.

Василевс и Георгиус послушно испарились, как будто их тут и не было.

- Что здесь происходит?

В гостиной материализовался отец Лизы с Милой и женой Дживой и красивой русоволосой женщиной лет сорока пяти, чем-то похожей на свою старшую сестру Мару, только черты лица мягче и приятнее.

- Да все хорошо уже, унесите детей к себе и снимите зачарование. Сил хватит?

Марена посмотрела на младшую сестру, которую славяне издревле называли богиней жизни.

- Хватит, – кивнула та, оценив состояние детей. Каждый из семейства взял себе по одному ребенку и исчез.

Люцифер подошел к Ярику и просто напросто влепил ему хлесткую пощечину. Тот дернулся и ожил, вскочил на ноги.

Лиза с рыданиями повисла на шее мужа.

- Расселся тут, бестолочь! – рявкнул Люцифер. – Почему силы моей не запросил и оцепенение не разбил, балда! Вон теща твоя и та сообразила!

- У меня сил не хватило для концентрации.

Ярик виновато опустил голову.

- Не хватило у него! Опять души всю ночь упокаивал, жалостливый ты мой! Своих жалеть в первую очередь надо!

- Аркадий, помоги! – попросила Марена сына.

Они вдвоем колдовали над мамой, кажется, погружая ее в сон, чтобы, когда придет в себя, по инерции не кинулась на кого-нибудь из нас.

Велес с Перуном потащили куда-то тело и голову Егора. Но это шло мимо меня фоном. Я громко и отчаянно рыдала у ног жуткой мумии своего отца.

- Че рыдать-то? Пошли экзамен по переселению душ сдавать.

Люцифер положил мне руку на плечо.

- Чёй-то ты такой добрый? – недоверчиво простонала мама, приходя в себя.

- Зная, что кармически она – моя дочь, он любил ее всей душой, любил и отдавал тепла и заботы столько, сколько объективно и честно не смог бы дать я.

Он за всю свою жизнь ни разу сам не задумывался о том, что она моя, что ее ко мне будет неизбежно тянуть, и она может предать вас всех. А она сможет, если будет нужно. Я-то знаю. Но он об этом не думал никогда, искренне считая ее своей, несмотря на дьявольскую метку на руке. И за это он заслуживает пожить еще немного и понянчить внуков и от нее тоже.

Люцифер был совершенно искренен, но я чувствовала, что чего-то он не договаривает.