Русалка для слуги Кощея

Он бережно поднял ее, посадил, баюкая, на колени, потом снова, уложил ее на ложе, освободив от одежды и продолжая ласкать.

– Все будет хорошо, моя любушка, – заверил он ее. – Теперь, когда ты, почитай, вытянула меня из Кощеева полона, мы точно справимся.

Даждьроса улыбнулась в ответ, но в какой-то момент почувствовала робость. Все-таки ящеры, особенно в истинном обличии, в любовных играх, случалось, проявляли буйный нрав своих предков, обвивая избранниц змеиными кольцами и даже покусывая. Замужние подруги едва ли не с гордостью показывали друг дружке ссадины и синяки, полученные в пылу страсти и замеченные только поутру.

– Не бойся, милая, – щекоча бородой ее ухо, ободрил ее Велибор. – Когда не просто бездумно или от злости удовлетворяют похоть, а свершают таинство, прославляя любовь и жизнь, темная магия Нави отступает и теряет силу.

Он брал ее терпеливо и бесконечно нежно, смакуя каждое прикосновение, точно долгожданное лакомство, безошибочно уловив тот миг, когда она полностью была готова его принять. У коновязи ржали привязанные чуть поодаль от кобыл жеребцы, гомон гостей постепенно затихал. Они с Велибором лежали рядом, наслаждаясь близостью друг друга. Их впереди ожидала целая ночь, и все семь миров, сошедшись, благословляли их союз, завершая обряд.

Глава 32. Незваная гостья

Еще не стихли в городе разговоры о веселой свадьбе целительницы и ее избранника, еще Велибор с Даждьросой не успели, насладившись друг другом, вернуться к повседневным делам, а в ворота уже стучали косое Лихо и Обида с Бедой. Как-то ночью Велибор, внезапно пробудившись, слишком сильно сжал руку возлюбленной, а потом затих, закусив до крови губу и пытаясь сдержать стон. На покрытом испариной бледном лице даже в предутреннем сумраке выделялся налившийся чернотой нави шрам.

– Что случилось? – потянулась к мужу живительной магией Даждьроса.

– Ледяное копье ужалило прямо в сердце, – кое-как выдохнул тот. – Быть беде.

– Кощей собрал против нас новую рать? – уточнила Даждьроса, мягкими успокаивающими круговыми движениями рук выравнивая сердцебиение любимого.

– Еще не знаю, – вытирая брызнувшие из глаз слезы и жадно хватая ртом воздух, отозвался ящер. – Но какое-то лихо, похоже, проникло в град.