Русалка для слуги Кощея

– А что тебя так удивляет? – усмехнулся Велибор. – Живого огня навь и скверна боятся.

– А как же заклятое оружие и амулеты? – удивилась Даждьроса, видевшая клинки Кощеевых людей, которые в бою промаха не знали.

– Все кузнецы на Ледяных островах – ящеры или люди, – помрачнев, пояснил Велибор. – Пленники безответные или изменники, расколовшие душу за злато.

Велибор вздохнул, видимо, вспоминая годы, проведенные в почти добровольном полоне. Потом продолжал:

– Они знают заветные сплавы, закаляют клинки в крови, а Кощей и его присные потом уже клейма кислотой и ядом вытравливают, с ними темную магию передают.

Хозяин Нави только с золотом работает, а это самый коварный и изменчивый из металлов. Вроде бы не знает скверны, но сколько из-за него по всей земле льется крови.

– А как же Ледяное копье? – осторожно спросила Даждьроса.

Она уже не раз видела, как избранник применял страшный дар в бою, но не нашла даже следа заклятого оружия на Щите Исполина, хотя все прошедшие дни, ведя неравную борьбу с незваной гостьей, ощущала его сокрушительную мощь.

– Этот проклятый дар всегда со мной, – пояснил Велибор, и его помеченное шрамом лицо сделалось бесконечно усталым. – От него мне даже в смерти не избавиться. Когда кузнь узорчатую мастерю или тебя обнимаю, кажется, меньше оно внутри ворочается, сердце язвит. А когда лихорадка подступает, оно почти полностью надо мной власть берет.

Даждьроса прижалась к нему, обвивая могучую шею руками, чувствуя, как сердце в груди разрывается от жалости и любви. Неужели нет средства все исправить? Она бы любую цену заплатила! Пока же она освободила для тигля и волочильного станка место в избе, подумывая о том, что надо бы поставить рядом кузню.

Работа и в самом деле врачевала ее избранника лучше любых снадобий. Даждьроса потихоньку привыкала к резкому запаху припоя и кислоты и даже не сердилась, когда по возвращении от больных из града заставала в горнице ватагу незнакомых мужчин в прожженных штанах и кожаных фартуках с куцыми от постоянного общения с огнем бородами.

Кмети дружины, а потом и ремесленники достаточно быстро смекнули, что в их края пожаловал не просто Кощеев слуга, но искусный мастер. Велибор охотно делился секретами ремесла. Знал, что смертным его все равно не превзойти. Тоже понимал, что добро и его исцеляет.

А еще его согревали объятья Даждьросы. Другое дело, что он пока никак не решался с ней возлечь. И вроде бы и слабость уже отступила, и раны почти затянулись, а он все медлил и не решался.