Русалка для слуги Кощея

С этими словами он прыгнул вперед и, разметав опешивших разбойников, отделил голову их предводителя от тела. Вышедшие из оцепенения ищущие, мстя за кровь своих сородичей, достаточно быстро прикончили остальных.

– Почему ты не использовал магию ледяного копья? – спросила Даждьроса, когда они, завершив над павшими защитниками кочевья погребальные обряды, сидели за тризной.

Теперь оленеводы смотрели на своего заступника, точно на божество Верхнего мира. Не ниже шестых-седьмых небес. Другое дело, что Велимор их восхищения почти не замечал.

– Для такой падали, как Кривозуб, слишком много чести, – презрительно отозвался он.

– Ты не хотел, чтобы Кощей узнал, где ты находишься? – догадалась наконец Даждьроса.

Если о кораблекрушении говорил уже морской стервятник Кривозуб, то владыка Нави знал о нем и подавно. Конечно, Кощей в душах своих слуг не читал, но мог предположить, отчего это матерый ящер, бывалый моряк и умелый воин повернул не к его владениям, а правит к восходу.

– Придет время – узнает, – скривился Велимор. – Я обещал добраться до Ледяных островов еще две недели назад, а мой хозяин не любит, когда его заставляют ждать. Если бы ты еще после кораблекрушения от меня улетела, – проговорил он устало, и в голосе его прозвучала тоска.

– Не стоило девушек безвинных обижать, – стараясь, чтобы ее слова не сочли укором, ответила Даждьроса.

– Магия ледяного копья подпитки требует, – глухо и сумрачно отозвался Велимор. – Другой-то у меня теперь нет.

– Ты и без магии целую дружину, считай, положил, невинных людей спас, – робко тронула его за руку Даждьроса.

– Нужны мне эти люди. Если бы Кривозуб сжег нашу лодку, я бы его поднял и еще раз убил. Только для ящеров я навсегда останусь изгоем. Эх, были бы у меня крылья.

Глава 13. Река Дивна

Длинный корабль, на котором пришли разбойники Кривозуба, может быть, и выглядел потрепанным, но правила слушался и на волне держался.

– Кого я на весла посажу? – объяснил он старейшине ищущих. – Разве ты своих сыновей со мной отпустишь?

Низкорослые, но крепкие молодцы, которые во вчерашней битве завладели настоящими булатными мечами, глянули на отца с надеждой, но тот только головой покачал: каждому своя судьба выкована.