Русалка для слуги Кощея

– Вспомни, Велибор, как нежно ты меня обнимал, как защищал от других слуг нашего грозного хозяина, – продолжала Гюрза, явно дразня прежнего возлюбленного. – Твой брат совсем не такой. Разве тебе было со мною плохо? Разве ты не наслаждался дарованной тебе силой? Пойдем вместе со мной! Вспомни сокрушительную мощь ледяного копья! Вернись к господину, и он, возможно, если ты исполнишь старое поручение, тебя простит.

– Замолчи! Подлая! – прорычал Велибор. – Это ты всегда пресмыкалась перед сильными. А меня ледяное копье медленно убивало.

С ним чувствовал, что себе не принадлежу. Теперь все изменилось!

Голос его окреп, обретая уверенность.

– Нет у меня никакого господина! Я снова сам себе хозяин! А если ты, падаль, сейчас же не скажешь мне, кто тебе поведал о том, где меня искать и какую подлость замыслила в моем доме, не только ходить, но и ползать не сможешь!

– Можно подумать, меня испугали твои угрозы! – не дрогнула Гюрза. –Даже если ты меня разорвешь пополам, господин все равно узнает, где ты от него скрываешься и какое сокровище прижил!

Судя по крепкому, кощунственному ругательству, сорвавшемуся с уст Велибора и сдавленному, отчаянному воплю Гюрзы, Ящер намеревался осуществить угрозу.

Не желая кровопролития в своем доме, Даждьроса решительно откинула портьеру. Ей, конечно, уже не раз доводилось видеть мужа в гневе, направленном на слуг прежнего господина. Но еще ни разу среди его противников не встречались женщины. Поэтому вид полузадушенной Гюрзы, отчаянно бьющейся в железной хватке ящера, ее шокировал.

Когда Велибор встретил обескураженный, испуганный взгляд Даждьбросы, в его лице что-то дрогнуло. Всего на миг он ослабил хватку, и этого Гюрзе хватило, чтобы обратиться и, выскользнув из одежды, юркнуть в водосток.

Глава 48. Змеиный след

– Русалка жалостливая! Что ты наделала? – ожидаемо не найдя змеиного следа, вернулся к жене ящер.

Он весь дрожал от еле сдерживаемого гнева, сгибая и разгибая использовавшийся для жаровни железный прут.

– Не хотела, чтобы ты обагрял руки кровью в доме, в котором появилась на свет наша дочь!

Велибор отбросил обломки прута и выдохнул. Он уже привык к тому, что, вернувшись из похода, не приближался к дочери и не обнимал жену, пока не совершит омовение и не пройдет очистительные обряды. Такой обычай, принятый также в Змейгороде, соблюдали все Стражи пустыни.

– Я не собирался ее убивать, – фыркнул ящер. – Во всяком случае здесь.