Невеста по контракту, или Избранница герцога

Между южными и северными провинциалами не такая большая разница на самом деле, как ошибочно полагает большинство незнакомых с обоими сторонами представителей.

– Ах да, ты родом из этих мест, – кивает Клемондский, – может, хочешь написать весточку родным? Пока мы завтра будем закупаться, они, возможно, могли бы подъехать в город. На полноценный визит у них дома у нас нет времени, но на посиделки с чаем в кафе вполне найдется.

Смысл слов герцога не сразу доходит до меня. Затем меня удивляет его предложение, хотя зря.

Ведь для большинства людей естественно поддерживать отношения с родней, даже в виде светской видимости. Мало кто может похвастаться глубокими дружескими связями с семьей, однако на подобные посиделки способны действительно многие.

Вот только не я.

– Спасибо, Артур, ты очень любезен, – киваю с вымученной улыбкой, – но я не думаю, что они смогут. Сейчас самый сезон для полевых работ, у родителей еще и ферма, и остальное по мелочи. Они любят все контролировать, редко полностью оставляют хозяйство на работников.

Лучше я как–нибудь потом увижусь с ними. Да, определенно, как–нибудь потом будет удобнее, – киваю.

Или никогда. Что более вероятно, учитывая, на какой ноте мы расстались.

Черт. И снова это мерзкое чувство вины. Такое ощущение, что как только человек рождается, в него вколачивают в первую очередь именно его. Ведь насколько легче управлять ребенком, если вовремя привить ему чувство вины.

«Не делай этого, мама огорчится. Ты же знаешь, она хочет для тебя иного». Или «приличная леди не ведет себя так и не грезит мыслями о работе в городе, не позорь нас».

В общем, для моего душевного спокойствия не стоит ехать к родителям в гости. Хотя и придется это сделать в обозримом будущем. И не в последнюю очередь из–за того же пресловутого чувства вины, ведь я не настолько плохая дочь, как говорили родители в наш последний разговор.

– Хм, – щурится Клемондский, – как скажешь. Тогда идем навстречу твердой земле и мягкой постели.

Он открывает дверь кареты, выскакивает наружу, а потом подает мне руку.

Все–таки нравится мне его галантность.

Постоялый двор оказывается настоящей приличной гостиницей, в которой нас даже кормят. Да, большие города куда лучше мелких, это несомненно.

– Радует, что председатели клубов твоих поклонниц пока не выбегают к нам навстречу, – тонко усмехаюсь, заметив, как глазела на герцога девушка, принесшая ужин, – они лишь молча восхищаются.

– Брось, ты привлекаешь мужское внимание ничуть не меньше, чем я женское.